Дни идут за днями. Наступил январь 1924 года, а 31 декабря 1923 мне исполнилось 19 лет. Тетя Фина и Леля подарили мне на именины отрез прекрасного шерстяного материала на юбку. Мне это было очень кстати, т.к. моя единственная юбка поизносилась. А.Д. договорилась с хорошей портнихой, и та мне сшила отличную юбочку в складку. В каникулы из Москвы приехали Костя с Зиной (Костя только что женился). Они подарили мне хорошие черные ботинки со шнуровкой. Григорий Иванович предложил мне: "Балам! Давай ботинки, я их покрою отличным лаком. У тебя будет очень нарядная обувь". И, правда, ботинки были красивы, и лак долго держался. Анисья Денисовна подарила мне 3 рубля. Но я за годы военного коммунизма (да и не я одна) отвыкла от денег. Мы уже привыкли все менять на вещи, к натуральному хозяйству. И деньгам я не придавала значения. Позднее А.Д. спросила меня: "Ну что ты, Нина, купила на эти 3 рубля?" Я смущенно ответила: "Извините, А.Д., но я их потеряла". А.Д. только покачала головой. Немного позже как-то Анисья Денисовна позвала меня к себе. Она вручила мне флакон духов. На коробке была картинка и написано название духов - "Свежее сено". И сказала: "Это, балам, тебе подарок от Вити". Я удивленно воззрилась на нее. "Что удивляешься? Ничего удивительного нет. Витя очень ценит тебя. Ведь работаете во дворе вы вместе, и он видит, как ты хорошо и ответственно все делаешь". Я взяла флакон и была очень рада. Ведь у меня не было своих духов, никто мне их не дарил. Я любила духи, но пользовалась Лелиными. А.Д., передавая подарок, предупредила меня: "Только ты Лидии не говори, что это Витя подарил тебе духи".
Когда я надушилась, Л.С. сразу же обратила на это внимание: "Откуда у Вас, Нина, такие хорошие духи и как их название?". "Да это мне сестра Леля подарила на именины. Название у них "Свежее сено"". И показала ей флакон в коробке. А про себя я улыбалась: "Если бы ты знала, кто подарил мне эти духи!"
По воскресеньям у Новокшановых бывают гости. Это учитель начальной школы Сухарев с женой (родители моего соклассника Толи Сухарева) и малознакомые мне сослуживцы Г.И. по винному заводу. У них много разговоров о городских порядках, высказываются и неудовольствия. Упоминаются фамилии руководителей города. Такие, например, как Турусов, Двойных и Громов Игнатий Владимирович. С последним я познакомилась поближе в пятидесятом году. Он все потом при встречах спрашивал про моего сына Валеру, который тогда был болен (сердцем). С этим знаменитым партизаном мы беседовали о прошлом, также и о бийской жизни.
Однажды, слушая у Новокшановых разговоры гостей, я не утерпела и вступила с ними в спор по поводу советской власти и ее мероприятий в городе. Хотя в прошлые два года мне вместе с тетей Финой и Лелей приходилось несладко от некоторых мероприятий, но в принципе я была согласна с советской властью. Жизнь надо менять: люди должны быть равны, не должно быть ни богатых, ни бедных. Все должно быть по труду и справедливости. Анисья Денисовна была расстроена моим максимализмом, но потом сказала: "Балам, несмотря ни на что мы ведь будем с тобой друзьями?". "О, конечно!", - заверила я ее. И мы действительно были с ней любящими друзьями.
У меня не было привычки читать газеты. У Новокшановых я что-то не помню, были ли газеты. В техникуме в комнате отдыха газеты были, но мы (многие) не интересовались ими. Но о Ленине мы знали. У Новокшановых тоже часто о нем говорили и с доверием. У А.Д. в комнате висел небольшой портрет молодой Крупской. Все, кто видал этот портрет, говорили мне, что я сильно похожу на Крупскую. Не знаю, действительно ли, а может, им просто казалось.
Свободное копирование
