1915 год. Весна.
Последние дни в монастыре
Подходит месяц май. Мы, т.е. я, Тоня Торопова, Вера и Лена Русановы усиленно готовимся к экзаменам для поступления в Епархиальное училище.
И вот настал этот день - день моего первого экзамена в жизни.
Мы оделись в парадную форму: коричневые платья и белые передники. Утро было солнечное, светлое. Настроение у меня приподнятое, впереди столько нового и, я надеюсь, приятного. Сопровождала нас Стефанида Васильевна. На утренней нашей молитве Анна Ивановна и все девочки, да и мы тоже горячо помолились о даровании нам успеха на экзаменах.
Шли в Епархиальное училище мы довольно долго.
Наконец, так же, как и монастырь, на окраине города мы увидели великолепное красное кирпичное здание, обрамленное с одной стороны красивой березовой рощей. Вся территория училища обнесена высокой каменной стеной. Ворота массивные и глухие, при них дежурит привратник. Дом большой четырёхэтажный, расположен в форме буквы "П". Построен он по последнему слову строительной техники. Канализация, электричество. Комнаты светлые, потолки высокие, дортуары просторные. Всё умещалось в этом доме: 500 человек воспитанниц, с ними жили классные дамы, имеющие отдельные комнаты на двоих, тут же большая квартира начальницы училища, двухкомнатная квартира директрисы. В здании же была домовая церковь и рядом с ней большой, двухсветный с хорами актовый зал. В этом доме была баня, больница на 3 комнаты. В подвальном помещении обширная кухня, на первом этаже - большая библиотека. Помимо чёрных ходов в различных направлениях, был главный парадный вход.
Пройдя через массивные, красивые двери, мы попали в большой сумрачный вестибюль. В глубине его, в нише находилось изображения Иисуса Христа, перед изображением горела лампада.
Мы были ослеплены. Никогда ещё мы не были в таком доме. Всё здесь казалось нам респектабельным и уж совсем не похожим на наше монастырское жилище, в сравнении с этим роскошным домом оно показалось нам тёмной, мрачной норой.
Да, значит, правду нам рассказывали о том, как хорошо в Епархиальном, как здесь красиво, свободно и интересно.
В дневнике деда Постникова я встретила его сетования на то, что архиерей Макарий помимо Бийского архиерейского дома затеял строительство Томского Епархиального училища, и теперь идут поборы где только можно. Страдает и Алтайская миссия, из средств которой берется большая доля на строительство нового здания Епархиального училища.
В этом вопросе с дедом согласиться нельзя. Макарий сделал большое дело, и хорошо, что строительство и оборудование здания было поставлено на широкую ногу. После революции и установления советской власти в здании Епархиального училища была размещена артиллерийская школа, которая находится там и по сей день.
Из вестибюля дежурная воспитательница провела нас в актовый зал, где должны были идти вступительные экзамены. Тут уже сидели в ожидании отцы и матери девочек, приехавших поступать в училище. Экзамен держался в первый класс, по нашему времени - в четвёртый.
В Епархиальном был ещё и приготовительный класс ("приготовишки") и первые классы формировались, главным образом, из "приготовишек", поэтому держало экзамен не так-то уж много девочек, примерно человек 20.
Первым был письменный экзамен по арифметике. Всех нас рассадили поодаль друг от друга. В душе волнение, но это не волнение страха, а какая-то радостная приподнятость. Когда я вспоминаю обо всём этом, я чувствую большую благодарность Стефаниде Васильевне, которая так хорошо и с таким чувством ответственности нас учила. Знания у нас были полные и прочные. Это-то и создавало у меня чувство уверенности в успехе.
Была дана задача и примеры. Из всех экзаменующихся я первая решила всё. Проверила, как будто бы всё верно. Я подняла руку. Мне разрешили сдать листок и предложили выйти из класса.
Стою я в пустой комнате и смотрю в окно. За окном сад перед покоями начальницы, уже высажена рассада на клумбы. Ещё раз я мысленно проверяю решение. Кажется, всё правильно. Рядом в комнате вполголоса переговариваются ожидающие родные девочек. Но вот выходит из экзаменационной девочка, и мы начинаем с ней обсуждать и сравнивать решение. Всё совпадает. Потом выходят Тоня и Вера с Еленой. Они тоже решили так же. Ответ один.
Стефанида Васильевна была приглашена в экзаменационную комиссию, где помогала проверять работы. По окончании экзамена мы пошли с ней домой. Она сказала, что все мы решили на "5".
Очень нам было радостно идти. День сияет, на экзамене у нас успех, скоро, скоро каникулы! Жизнь хороша!
Дня через два мы снова в сопровождении Стефаниды Васильевны пошли на экзамен по русскому языку и Закону Божьему.
За большим длинным столом, покрытым зелёным сукном сидели экзаменаторы. Было их человек пять. По русскому языку предлагали прочитать в книге отрывок, написать на доске пару предложений, рассказать стихотворение. Дальше переходишь к следующему экзаменатору. Тут спрашивают кое-что из истории. Главным образом, кто у нас царь, как его зовут-величают, как зовут царицу и членов царской семьи. Ну, это-то мы уж знали, и ответы у нас так и отскакивали от зубов.
Последним экзаменовал священник. Молодой, в красивой рясе с наперстным крестом на массивной серебряной цепочке.
Когда я подошла к нему и ответила на вопрос, как имя и фамилия, он внимательно посмотрел на меня и спросил: "Скажите, вы не дочка о. Луки Кумандина?" Я ответила: "Да, но мой папа умер". Он какое-то время побарабанил пальцами по столу, с сочувственной печалью, глядя на меня, сказал: "Да... мы учились с ним вместе и были хорошими товарищами". И начал экзаменовать меня. Что-что, а уж молитвы я знала хорошо с раннего детства, заповеди-то Божьи, все десять, мы знали как стихотворение. Батюшка поставил мне "5". На прощание он сказал: "По своим знаниям вы достойны своего отца. Передайте вашей матушке поклон от меня. Она меня знает". И назвал свою фамилию. Теперь уже не помню её.
Экзамены окончены. Все мы сдали их, а я их сдала кругом на "5".
По случаю благополучной сдачи экзаменов все мы прослушали благодарственный акафист на очередной молитве.
Свободное копирование
