Наступила осень. Дядя ездил в Барнаул и привез оттуда, помимо других покупок, два сита винограда. Я его вижу впервые. В больших ситах, пересыпанные пробковыми опилками, лежат тугие гроздья зеленого винограда. Угостили нас, дали по хорошей ветке. Волшебные фрукты! Ничего лучшего в жизни я не ела. Тетя сито поставила в кладовую. Великий соблазн начал одолевать меня. Я, как кот вокруг сала, начала ходить около кладовой. Дело было утром. Я проверила: все заняты своими делами. Дядя куда-то уехал, тетя в столовой с младшими детьми, Лельки где-то нет. Кладовая далеко в парадных сенях. Пойду-ка я отведаю еще раз этого чудного винограда! Выбрала я среди опилок хорошую ветку, приподняла ее и начала любоваться. И вдруг слышу дверь: "скри-и-и-п." С испугом оглянулась: в приотворенной двери торчит ехидная Лелькина физия. "Виж-жу, виж-жу!" - зловеще сказала Лелька и прикрыла дверь. Меня бросило в пот и жар. Есть виноград мне уже не захотелось. Я положила ветку обратно в сито и с тяжелым сердцем, снедаемая чувством позора, вышла из кладовой.
Жду ужасной минуты позорного разговора, терзаюсь страшно! Но проходит день, проходит второй. Что за чудо? Все спокойно, никто не знает. Дежурства по спальне за нами остались. Подходит Лелино дежурство. Утром Лелька говорит мне: "Нинушка, убирай постели". - "Это почему же? Я отдежурила, теперь твоя неделя". - "А я скажу!" - подчеркнуто говорит Ольга. Как побитая собака, я убираю постели и так делаю за коварную сестрицу все работы. Держала она меня в таком рабстве, может быть, месяц, а то и больше. Но наступил момент, когда я дошла уже до последней границы в своей трусливой покорности. Настал день, когда вся душа моя взбунтовалась, и настолько все во мне перегорело, что мне все стало нипочем. Пусть хоть худой, но должен быть конец этому рабству и позору! На требование что-то сделать за Лельку я отрезала: "Нет!". - "А я скажу!" - завела свою песенку Ольга. "Иди, говори!" - опять отрезала я. Лелька побежала к тете и рассказала все. Но прошло уже достаточно времени, острота события сгладилась, и тетя только сказала мне, что брать без спроса нехорошо. С души моей свалился камень. Но жизнь, в лице сестрицы, дала мне жестокий урок. Я столько пережила жестоких терзаний: страх разоблачения, позор, унижение, горе. С этого момента я всегда заботилась в жизни о том, чтоб не ставить себя в ложное положение. Старалась быть правдивой. Никогда, никакой даже мелочи чужой не брала, не соблазнялась.
Свободное копирование
