Дядя Павел дома бывал мало, все больше в разъездах. Был он священник и сельский хозяин. В 15 верстах от села над Чарышом была у него большая пашня. Сеяли пшеницу, овес, гречиху, просо. Большое поле гороха. В логу у реки была небольшая пасека. Были сельхозмашины. Косилка, ячейка, грабли. Когда мы приехали в Петров день, у ворот дома стояла ячейка. "Мак-Кормик" - прочитала я на машине. Были рабочие лошади, был и выездной рысак серый в яблоках - гордость дяди Павла. Как-то дядя Павел собрался ехать. Запряг рысака в тележку. Я стояла и с интересом смотрела на сборы. "А, хохлушка! (так ласково звал меня дядя Павел). Садись, прокатишься со мной". Я вскарабкалась в тележку, уселась рядом с дядей, гордо посматривая по сторонам. Вихрем мы пролетели длинное село, доехали до часовни, повернули обратно. У ворот дома дядя ссадил меня и поехал по своим делам, а я, счастливая и гордая оказанным мне вниманием, оживленно рассказала всем, как я прокатилась с дядей.
В дневнике деда Постникова записано - "8 января 1890 г. Катя венчалась с Павлом Никол. Смирновым. Венчал о. Константин Соколов. Преосвящ. (преп?) (2-й?) Макарий прислал крестнице лепту (книжку) в изящном переплете и 25 рублей денег на расходы. На свадьбу приехал зять Николай с женою (тетя Оля).
Дядя Павел был в то время учителем в Миссии. Постепенно он поднимался по иерархической лестнице и в 1912 г., когда мы приехали к ним, он был священником в Калмыцких Мысах. Был он высокий, худощавый, горбоносый блондин. Серо-голубые глаза, рыжеватые кудри. Он совсем не был похож на Постниковых мыютинских. Если там была строгая, полная высокого религиозного смысла жизнь, то здесь был рачительный заинтересованный сельский хозяин. А священник - это, по выражению архимандрита Макария, требоотправитель, т.е. по обязанности исполняющий положенные церковные требы. И в доме чувствовалась светскость. Больших иконостасов не было, иконы с лампадой только в гостиной. О боге тут думали и говорили мало. Детей в доме было много. Коля 21 г., Нина 18 л., Шура 16 л., Тоня 14 л., Агния 12 л., Ольга 10 л., Володя 6 л., Лариса 3 л. + к этим детям еще я с Костей, мне 8 л. и Косте 10 л. Благодаря молодежи в доме весело и оживленно. В доме музыкальные инструменты - две балалайки и гитара. Часто звучит музыка, звенят песни. У всех: у старых и у молодых неплохие голоса. Составляется недурной хор. В него входят тетя Катя, мама, Нина, Коля, Шура, Тоня, Агнюша, Леля и я. С увлечением поем песни. "Окрасился месяц багрянцем", "Черная шаль", "Степь да степь кругом", "Потеряла я колечко" и др. Мы с Лелей старательно учимся играть на балалайках. Иногда Нина устраивает уроки танцев. Коля с Шурой играют на гитаре и балалайке разные вальсы, польки, краковяк, а Нина учит нас. Я танцую в паре с Лелей, а Тоня с Агнюшей.
В Нину мы все влюблены. Прелестная девушка! Добрая, веселая, жизнерадостная. Похожа она на отца: удлиненное узкое лицо, серо-голубые глаза, рыжеватые вьющиеся волосы, пышная коса ниже пояса. Стройная ладная фигура. Нашей детской артелью командовала Нина. Она разбила нас на пары, и мы несли дежурства по дому. Я дежурила с Агнией, Леля с Тоней. В обязанности наши входила уборка комнат. Нужно было вытереть пыль, полить цветы, подмети в комнатах, убрать в спальне постели. Почему мы не убирали каждый свою постель? Да потому что спали мы, младшие, все вповалку на полу. Слишком много надо было бы помещения, чтобы поставить всем кровати.
Свободное копирование
