Робкий пловец - 1

2. Робкий пловец

После привлечения к сотрудничеству с нашей разведкой агента «Антилопа» выяснилось, что по своему характеру он очень нерешителен и порядком труслив. Источник никак не мог выполнить моего задания по добыванию важного секретного документа. Однако после одного ничем не приметного события с ним произошла удивительная метаморфоза. Вот как это случилось.

«Антилопа» был по происхождению француз. В 1937 году окончил институт, инженер-электрик. Бежал от фашистов в 1940 году в США, где работал инженером на различных заводах. Женился на американке, продавщице книжного магазина. У них была маленькая дочка. С «Антилопой» меня познакомил в конце 1942 г. наш общий друг на премьере советского фильма. После кино мы поужинали во французском ресторане, где обменялись визитными карточками. С тех пор я изредка встречался с ним в дешевых ресторанчиках — на дорогие резидент денег не давал. «Антилопа» был убежденным противником нацистов. Раза два он приглашал меня на приемы, которые устраивали французские эмигранты-антифашисты. Мы, естественно, обсуждали ход войны. Ярый сторонник де Голля, «Антилопа» возмущался тем, что США и Англия делали ставку на генерала Анри Жиро[1] и адмирала Дарлана[2], противясь тому, чтобы де Голль возглавил движение за освобождение Франции. Он был приверженцем идей социализма и искренне сочувствовал борьбе советского народа.

Со временем я узнал, что «Антилопа» работает на заводе, выпускающем секретную военную продукцию, и имеет доступ к закрытым материалам. Он считался отличным чертежником и хорошо рисовал. Поэтому его руководители частенько поручали ему графически оформлять техническую документацию. Они также давали ему в качестве образцов секретные наставления по военной технике, содержащие чертежи, рисунки, фотографии. С середины 1944 г., учитывая нерешительный характер «Антилопы», я стал постепенно, шаг за шагом, вовлекать его в разведывательную работу. Выяснив, что он имеет доступ к комплектным материалам по морским радарам, я попросил его передать на конспиративной встрече одно наставление. Рекомендовал ему перед этим провериться и убедиться в отсутствии «хвоста» «Антилопа» обещал это сделать, однако, придя на встречу, ничего не принес, ссылаясь на то, что не представился удобный случай для выноса документа. Мы назначили новую явку через 9 дней. Опять «Антилопа» пришел с пустыми руками. Вид у него был явно пришибленный, говорил заикаясь, волновался. По его словам, он потерял контроль над собой, не мог даже открыть ящик стола и положить секретное наставление в портфель. «Антилопа» ругал себя и называл самым последним трусом. Как мог, я его успокаивал, говорил, что возможно он измучен работой, давно не отдыхал и что в результате этого его нервы «немножко пошаливают». Мы зашли в ресторан и поужинали, беседуя на различные темы. Договорились, что через две недели, в воскресенье, встретимся за городом, на прогулке у озера, где уже бывали раньше. В назначенное время мы с женой рано утром вышли из дома, купили газеты, зашли позавтракать в кафетерий и, проверившись, подошли к месту, где «Антилопа» и его жена ждали нас в своей автомашине. Озеро находилось примерно в пятидесяти милях от Нью-Йорка. Мы расположились на берегу, переоделись в купальные костюмы. Жены без конца о чем-то говорили, мы читали газеты, изредка обмениваясь репликами. Затем стали купаться: женщины у берега, а мы поплыли на середину озера. Прежде, когда мы проплывали половину дистанции, я предлагал «Антилопе».; доплыть до противоположного берега. Но каждый раз мой друг, сказав короткое «нет», резко поворачивал назад и судорожно плыл обратно. Так же он отреагировал на мои слова и на этот раз. Однако, не зная почему, я решил силой заставить своего трусливого друга переплыть озеро. Маневр удался. Через пару минут мы вылезли на берег и медленно пошли вокруг озера. Неожиданно он сказал:

— Давай, Александр, поплывем обратно. Теперь я уверен, что могу спокойно сделать это.

Я не ожидал от него такой смелости и, подумав, ответил, что очень устал и что предпочитаю прогуляться по берегу. Пока мы шли, мой друг удивлялся, почему прежде трусил.

— Это всегда так, когда делаешь что-нибудь в первый раз, — заметили. — Вначале нервничаешь, боишься, а когда дело сделано, удивляешься, как легко его можно выполнить.

— Это точно, — подтвердил он.

Когда мы возвращались в город, «Антилопа» предложил встретиться со мной через три дня и дал понять, что принесет с собой ранее обещанное. Действительно, он вручил мне секретное наставление, которое прежде у него не хватало мужества вынести с работы. Таким образом, преодолев психологический барьер, «Антилопа» начал регулярно приносить секретные материалы на конспиративные встречи и стал полноценным источником.