Анатолий Власов - 2

В честь благополучного и своевременного окончания весенне-полевых работ руководство колхоза назначило праздник. А накануне в гости к Крестьянниковым приехал юноша из Свердловска. Он привёз настоящий футбольный мяч, который нам раньше видеть не доводилось. Свердловчанин пригласил всех желающих поиграть в футбол. Очень удачно нам под праздник дали два дня выходных, и мы, то есть я, Анатолий, Тисо, Саша и много ребят помоложе отправились на поляну у железной дороги. «Тренер» разделил нас на две команды, в каждую из которых вошли ребята постарше и «малышня». Из подручных материалов были изображены символические ворота, куда поставили двух пацанов. Остальных «тренер» условно расставил по местам. И началась игра…

Временами вся орава оказывалась около мяча, мешая друг другу и совершенно забыв о своём игровом месте. Но было весело, и никто не уходил с поля. Мы так пробегали часа полтора. Когда уже начало темнеть, мы, потные и уставшие, пошли к излучине реки; там от души искупались и разошлись по домам.

На другой день было намечено официальное торжество. Возле конторы собралось много народу. На грузовом автомобиле-полуторке приехал фотограф и пригласил всех желающих сфотографироваться.

Большинство забралось в кузов, остальные встали возле машины, и я в их числе. Тут же кто-то принёс стулья. Сделав общий снимок, фотограф предложил сниматься группами. У не очень приличного забора, но под сенью красивого дерева мы, три тракториста, как «три танкиста, три весёлых друга», Тисо, Саша и я сфотографировались вместе. Они сидели на стульях, а я стоял сзади, потому что был самым маленьким.

В это время буйно цвели акация и сирень, которые были посажены вдоль железной дороги. В ту посадку и пригласил нас фотограф. Все желающие пошли. В основном это были девушки, из парней же было лишь трое: Виктор Блинов, Анатолий Власов и я. Место было действительно красивым. Жаль, что фото чёрно-белое, но цветное тогда ещё не делали.

Потом все пошли в правление колхоза, где начался торжественный митинг, на котором упомянули и наши имена как основных пахарей и сеяльщиков. После митинга было угощение: по сто граммов крепкого напитка (разумеется, «детям до шестнадцати» не наливали) и нехитрая закуска, приготовленная в нашей печи. Чуть позже Анна Ивановна, наша верная повариха, принесла ещё целое ведро закуски. Народу собралось много, даже в нашей половине дома было тесно.

Вдруг выяснилось, что на празднике нет Тисо. Я был уверен, что он придёт. Тут ещё и девчата, зная о нашей с ним дружбе, на меня насели: «Найди и приведи!» Я пошёл к нему домой и спросил:

– Ты чего на праздник не пошёл?

– Не хочу, – угрюмо отмахнулся он.

– Тебя девчата ждут. Пойдём, а?

– Да не пойду, отстань!

– Я девчатам обещал, что приведу тебя, – продолжал я упрашивать.

– Ну и иди к ним, только без меня.

Я продолжал настаивать, становясь всё более настырным, ибо был под хмельком. Наконец, ему это надоело, он почти неуловимым движением сделал мне подсечку, и я грохнулся на пол, как подкошенный. Для меня это оказалось большой неожиданностью, но я на него не обиделся, сообразив, наконец, что он никуда идти не собирается. Наверное, у Тисо была веская причина, по которой он не мог или не хотел идти на праздник. Впрочем, мы с ним никогда на интимные темы не разговаривали; я и в этот раз не стал допытываться о мотивах его отказа.

Когда я вернулся, танцы уже шли полным ходом. Девчата больше ко мне не обращались, наверное, поняв, что Тисо не придёт. Душой вечера, без сомненья, был Анатолий Власов. Похоже, в Одессе он учился не только морскому делу, но и танцам. Он всё время танцевал с разными девушками, не отдавая никому предпочтения.

Моё же внимание привлекла другая пара танцующих. Это девушка Надя и парень, который учил нас играть в футбол. Надежда была девушкой скромной, умной, красивой, держалась всегда с достоинством. Она мне очень нравилась, если не сказать больше. Но из-за своей робости и застенчивости я никогда не признавался ей в своих чувствах.

Я смотрел на танцующих ещё и потому что впервые видел бальные танцы. А Надя с этим юношей танцевала весь вечер, и время от времени прижималась к нему, на мой взгляд, слишком близко, а то и клала голову ему на плечо. Весь вечер я страдал от ревности, но не уходил. Надя же выглядела счастливой. Я пытался представить на месте этого парня себя, но ничего не получалось. Так и сидел надутый, злой на себя – ничего-то я не умею! Если бы умел танцевать, то обязательно пригласил бы Надю на танец, как это делал Анатолий. Позже я узнал, что этот «футбольный тренер» на самом деле был родственником Нади. Но у меня романтическое восприятие этой девушки уже пропало.