Фото:
На рыбалку — для дома, для семьи. бухта Нагаева, 1958 г.
Мы с мужем жили в коммунальной квартире, вмещавшей пять семей — 17 человек на один туалет. Жили дружно, и так как я была самой младшей из хозяек, все мне часто и деликатно помогали советом и делом. Всё это были люди с тяжёлой судьбой, отсидевшие в лагерях. Потом их реабилитировали, но они оставались жить в Магадане, так как «на материке» потеряли всё.
Иногда мы с Виктором бегали на рыбалку в Нагаево. Когда в бухту заходил косяк, мы на четыре блесны за раз вытаскивали по четыре «хвоста». А свежую корюшку покупали у рыбаков в подъезде у булочной, что в «красном» доме размещалась. Огурчиками пахла — до сих пор вспоминаю. Вот недавно купила кефалину — не то, тиной пахнет и несвежестью.
Виктор, муж мой, работал энергетиком. Работа была связана с длительными командировками по трассе в посёлки Колымы и на Чукотку. Вместе со своими сотрудниками, нашими друзьями на всю жизнь, проводил испытания котлов на ГРЭС, ТЭЦ, электростанциях. Он закончил Владивостокский политехнический институт и попал в Магадан по распределению. Его мама, Татьяна Макаровна, с братом и сестрой жили в Николаевске-на-Амуре. Там прошли детские годы, голодные и тяжёлые. Отца, простого портового грузчика, арестовали в 37-ом. В 60-х годах на запрос Татьяны Макаровны пришла справка о посмертной реабилитации. Расстрелян он был в 1940 году в тюрьме Горьковской области.
Свободное копирование
