Перед раздробленной семьей сразу встала проблема. Отец не желал возвращаться в страну с коммунистическим режимом, но свекровь проявила твердость – родину не покинет ни за что. Вот и пришлось отцу с сыном возвращаться на родину, причем они настолько были убеждены в том, что тут их обдерут до нитки, что не взяли с собой из Англии решительно ничего, даже велосипеды оставили.
Трое детей очень настрадались из-за отцовского деспотизма. Обеду полагалось по воскресеньям быть ровно в два и на обед никому не позволено было опаздывать. В те времена вода в Висле еще была относительно чистой, летом молодежь купалась, приходилось убегать с пляжа в самый разгар дня, так что ни одного воскресенья нельзя было провести спокойно. Раз сын осмелился опоздать на четверть часа, пришел, когда все уже ели второе. Станислав направился в кухню и вернулся с тарелкой супа для себя, собираясь вежливо извиниться за опоздание. Ему не дали. При виде сына с супом отец испустил рык раненого зубра. Унаследовавший его вспыльчивость сын, в соответствии с самыми лучшими фамильными традициями, швырнул на пол тарелку с супом и покинул родительский дом. Живо заинтересованная, я спросила, а кто же наводил порядок, на что муж ответить не сумел.
Знаю, что после войны в семействе мужа уже не было домработниц. Произошло это по двум причинам. Первая – нежелание свекра видеть в своем доме чужого человека. Не хотел он, чтобы кто-то еще путался у него под ногами. Второе – нежелание сметливых кандидаток в домработницы перегружать себя работой. Приходила очередная деваха наниматься, видела блестевшую от чистоты квартиру и тут же отказывалась:
– О, пани такая чистюля! Нет уж, спасибочки.
В результате свекрови самой приходилось делать всю работу по дому, и, надо признать, делала она ее просто гениально. Сумела так ее организовать, что я лишь диву давалась. А все потому, объясняла она мне, что терпеть не может эту работу, вот и старается как можно скорее покончить с нею, а для этого первое дело – хорошенько все организовать и продумать. Как-то раз я видела собственными глазами, как она устраивала прием на двадцать четыре персоны, а в идеально прибранной кухне на столе стояла лишь одна кастрюля, одна тарелка и доска, на которой режут овощи. У нее я научилась, например, использовав дуршлаг, тут же мыть его и вешать на место, чтобы не путался под руками. Очень неплохой метод.
Свекор и после войны занимал большую должность в железнодорожном ведомстве, был к тому же сначала профессором, потом проректором в варшавском Политехническом. В семье существовали традиции. Не только торжественные приемы, но и обычные обеды происходили таким образом, что после того как съедали первое блюдо, все тарелки собирали, относили в кухню, мыли, вытирали и ставили в буфет в столовой. Лишь после этого в столовую въезжало второе. А затем повторялось все то же самое. При этом всякие родственники и знакомые срывались со своих мест и мчались в кухню помогать в мытье посуды, что свекровь воспринимала как нормальное дело. Как-то раз муж сделал мне замечание, ибо я не торопилась мыть посуду.
– Дудки! – отрезала я. – Лучше сразу выкинь из головы такие мысли. Не собираюсь подлизываться и выглядеть идиоткой. Или я член семьи, и тогда мне запросто можно сказать: «А ну, помоги вымыть посуду». Или я гость, а гостям такое не положено делать. Поскольку никто ни разу не обратился ко мне с такими простыми словами, считаю себя гостьей и такой же принцессой, как и твои сестры.
Думаю, свекру и свекрови было очень нелегко со мной. Закаленная в битвах с собственной родней, унаследовавшая воинственную натуру своих прапрабабушек, я не поддавалась никакой тирании и не позволяла собой командовать. В семью меня приняли, никуда не денешься, в конце концов я оказалась матерью двух сыновей, единственных продолжателей рода (у обеих сестер Станислава, когда те вышли замуж, было по две дочери). Никаких оскорблений, никаких неприятных слов я никогда не слышала, видимо, конфликт в начале нашей супружеской жизни навсегда отбил у свекра и свекрови охоту ссориться со мной. Что же касалось мытья посуды у них в доме, мне не раз доводилось принимать в этом участие, особенно тогда, когда хотелось поболтать со свекровью с глазу на глаз. И очень неплохо мы чесали языки за работой: она мыла посуду, я вытирала.
О семье мужа я еще не раз буду упоминать, в конце концов, мы прожили с мужем не один год, пока же попытаюсь вернуться в хронологические рамки. Итак, я вышла замуж...
Свободное копирование
