На этом кончается Танин дневник, но она не упомянула о море.
Недалеко от Севастополя сохранились остатки древнего греческого города Херсонеса. Мы прошли по его мощеным улицам, осмотрели колодцы, подвалы домов, колонны бывших дворцов и фрагменты чудесных мозаик, сохранивших свою красоту и поныне. Чужой загадочный мир, какие скрытые, потаенные мысли он будит. Потом спустились к морю. Оно было такое тихое, как лесное озеро, вода прозрачная до удивления. На самом дне в камнях суетились маленькие крабы и было их так хорошо видно, как в аквариуме.
Наш маленький мотоцикл, который не капризничал от самого Харькова, при подъеме к Байдарским воротам и на других крутых участках мог тянуть только на первой скорости. Дым обгонял нас и ничего нельзя было поделать.
- Сейчас ты увидишь самое прекрасное море! - воскликнула Таня. Мы въехали в Байдарские ворота... и ничего не увидели - стоял плотный туман, даже дорога проглядывалась с трудом.
- Какая обида! Надо было выехать позже. Здесь в одно мгновение открывается море и побережье, такие красивые, что дух захватывает!
Вдоволь налюбовавшись Никитским ботаническим садом, спустились к морю. Здесь происходило что-то необычное. Стояла тихая погода, ни единого дуновения, а на берег накатывались волны высотою в двухэтажный дом. Может где-то прошла буря, а сюда принесло ее отголоски. Я ходил вдоль берега, наблюдал, обдумывал, а потом начал раздеваться. "Ты что?" "Сейчас попробую" и нырнул в самое основание волны, когда она была наиболее высока и пенистый гребень ее был готов обрушиться. Самым неясным было время, которое придется провести под водой, но оказалось оно не очень долгим. Море было сильно взволновано, но по таким волнам плавать приходилось. Потом стало непонятно, как вернуться назад, чтобы волна не расплющила о берег. И выбрал правильный способ - поплыл чуть сзади гребня. Волна протащила меня по прибрежной гальке, я вскочил и отбежал, чтобы не смыло обратно в море. Много раз еще нырял в эти страшные волны, но теперь уже без опаски - только восторг от общения с грозной стихией.
В Коктебеле мы ели черный виноград с черным хлебом, море было спокойно, ласково. Небольшие гладкие волны сонно накатывались на разноцветную гальку и, слегка шурша ею, исчезали, оставляя кусочки пены.
Мы набрали здесь камушков на память, больше нам в Крыму побывать не удалось.
Свободное копирование
