Месяца через два мы изготовили такое количество труб и трубопроводов, что могли начать их монтаж. Объект, где это предстояло делать, находился километров за 10 от нашей мастерской. Меня послали на монтаж, а изготовление труб передали моей Татьяне. Мой новый объект назывался "Иван-2", в отличии от "Ивана-1" он имел паротурбинное отделение. Пар поступал на турбины от парогенераторной установки, которую нам предстояло смонтировать. Теплоноситель от атомного реактора подавался по трубам из подземного коридора, вход в него был перегорожен, торчали только концы труб. Об установке "Иван-2" мы тогда ничего не знали.
Наша парогенераторная ни на какой другой объект не походила. Надо представить себе две железобетонные стены длиной более 100 и высотой 20 метров, установленные на расстоянии 25 метров друг от друга. Между стенами поперечные железобетонные перегородки, которые делят все строение на одинаковые колодцы, называемые боксами. По верху стен проложены подкрановые пути и по ним двигается козловой кран высотой метров 20. Кроме основных боксов были вспомогательные, коридоры. Толщина стен доходила до метра. Здесь впервые мы столкнулись с чугунными защитными дверьми толщиной около 50 сантиметров. Такую дверь лишний раз открывать не захочешь.
Когда мы пришли туда с бригадами, все боксы были пусты, кран стоял готовый к работе. Около объекта находилась такая масса оборудования, что не верилось, что оно сможет разместиться в боксах. На всю работу давалось шесть месяцев, на самом деле ушло больше года напряженного труда.
Сначала все шло хорошо. Козловым краном мы расставили мелкое оборудование, смонтировали лестницы, площадки - и тут произошла первая осечка.
- Иди, сам вези, а у меня дети! - со слезами на глазах сказала крановщица.
Я полез на кран. 20 метров на верх стены, да 20 метров на кран. Поднимали первый парогенератор, вес 30 тонн. Сверху он казался маленьким, хотя был размером с железнодорожную цистерну. Тронул контроллер на подъем и понял крановщицу: кран закачался, как пьяный. Казалось, качается не только кран, но и стены, на которых он стоял.
Спустился, осмотрел стены, пути, сам кран. Все в порядке, никаких недочетов. Значит, кран с таким грузом должен качаться. Так ему и положено. Но страшно, у меня тоже дети. Надо было звать опытного крановщика. Я же принял другое решение: я сам полез на кран и поднял парогенератор на нужную высоту. Теперь следовало гнать кран к месту установки. Тронул контроллер хода и от испуга тут же выключил, то есть сделал самое недопустимое. 30-тонный парогенератор закачался на кране, как на качелях. Все кругом трещало и дергалось, люди внизу разбежались. Постепенно раскачка уменьшилась. Тут я сообразил, что надо начинать движение тогда, когда груз качнется в ту сторону, куда надо ехать. Попробовал - получилось...
Когда я опускал парогенератор на место, бригадир Кругликов, сообразив, что больше опасности нет, стал подавать мне сигналы рукой. Тут лоб мой высох и руки перестали дрожать. С крана я спустился, понимая свою победу над своим страхом. На этот кран поставили опытного крановщика - мужчину. А случись что, меня бы судили прежде всего за то, что работал на кране, не имея квалификации крановщика.
Свободное копирование
