1918 год. Петроград.
В январе приехали двое из работавших на моих участках. Они демобилизовались и хотели заработать на Белорусских продуктах: продать их в Петрограде. Были в Соболеве. Оттуда им дали ящик с продуктами для нас. Но Полоцк уже был занят немецкими оккупантами. Продукты они не решились взять, а налегке их пропустили. Нам они привезли только немного сухарей и бобов.
Дядя Виктор с знакомыми путиловцами ездил за продуктами к Уралу. Продукты предназначались матросам. Нам он все же принес кусок. Такими случайными кусками мы продержались до февраля. Утром я брал с собой один сухарь, днем выпивал стакан чаю без сахара с этим сухарем, а вечером поглощал две-три тарелки супа из сушеных овощей почти без хлеба. Из овощей можно было купить лук. В жареном виде съесть его много не было возможности. Казалось, что уже сыт. Когда у меня начало пухнуть лицо, пришлось обратиться к врачу. Он посоветовал, меньше есть жидкого супа, а от голода лекарства не было. Сима почти ничего не ела. Хлеб свой целиком отдавала детям. Детей не надо было уговаривать:
- Съешь за папу, за маму...
Ели все, что дают.
Как-то Сима зашла в лавочку, где продавали конину. Купила для пробы мякоти и сделала котлеты с большим количеством лука и перца. Я удивился, откуда котлеты, но проглотил свою порцию, как крокодил. Сима сама, почему-то не ела.
- А мы видели на картинке коньку. - Поделилась со мной новостями Галя.
- Где Вы видели?
- А мама там мясо покупала...
Пришлось Симе сознаться.
Я воспринял эту новость, как ценную находку. Уговорил Симу купить еще. С нами вместе голодала нянька Маруся Созонко. Она тоже стала, есть конину. А потом и Сима, но через силу.
Были в гостях у Тэйха. Они жили в хорошей квартире с парадной лестницей на Каменноостровском. Держали у себя квартиранта, товарища Бориса Николаевича по Академии по фамилии Ван-Бейнинген.
Полная, жизнерадостная Варвара Гавриловна, окончившая в Париже Сорбонский университет, дочь врача-генерала, превратилась в озабоченную домохозяйку. Думая победить голод водой, они без конца пили чай. Это был путь к водянке. С ними голодали дети Юра и Дима. Дочь жила у бабушки где-то под Киевом. Мы их пригласили к себе и досыта накормили мальчиков кониной. После этого, Варвара Гавриловна безоговорочно перешла на конину.
Сима всегда искала заработков. Рядом с нами жила профессионалка портниха с чахоточной дочерью Симиного возраста. Симе в это время было 24 года. Она делала вышивки для этой портнихи, конечно за гроши. Но важно было иметь поблизости хоть одну живую душу, вместе с которой можно и погоревать и с которой можно посоветоваться.
Нянька Маруся была довольно молчаливой. Она все время жалела, зачем за нами поехала.
Дети хирели, но все же играли.
Свободное копирование
