Мой участок простирался от озера Гортол к югу вдоль реки Бобрик километров на 30. Во многих местах он был непроходим. Мосты и блокгаузы строились, кажется, только в трех пунктах.
Саперная рота Клюева была в полном порядке. Солдатский комитет возглавлял прапорщик Минин, весьма скромный и честный человек. Солдаты его за это любили, а Клюев действовал на него сильной волей.
Другой саперной ротой командовал невзрачный капитан Авербург, а фактически управлял ротой прапорщик Шульга - демагог и мелкий плут (авантюристом его назвать нельзя, потому что он был глуп и нахален, а авантюристу надо изворачиваться и притворяться). Мои непосредственные помощники (по новой терминологии "технадзор") оказались довольно слабыми. Прапорщик Пригоровский с университетским юридическим образованием до войны занимал должность товарища прокурора. Юристов я знал мало, но по литературе и по выступлениям в суде, которые мне приходилось слышать, я составил себе представление о юристах, как о самых передовых, культурных людях. Впрочем, я знал, что наиболее талантливые из них становятся адвокатами, а в магистратуру (в секретари и в прокуроры) попадают бесцветные личности. Когда ко мне явился затянутый в китель с брюшком и писарскими закрученными колечком усиками прапорщик, я не поверил, что он юрист. Как работник, он тоже не отличался от пехотных прапорщиков. Саперные офицеры были значительно культурнее этого специалиста, окончившего университет.
Другой младший прораб поручик Жуков сфотографирован вместе со мной и Симой в грабовой аллее в фольварке Сушницком. Сима в косынке сестры. Это был типичный исправный добросовестный строевой офицер, вполне порядочный человек.
Свободное копирование
