И все же мы пока еще не отделались от доктора Геббельса и "Любимой": постановка выдерживает сто пятьдесят представлений. Итак, снова "юбилей". Геббельс самолично вручает нам два дуэльных пистолета времен Французской революции, которые, как реквизит, играют важную роль; он вручает их вызолоченными в качестве дара.
Раддатц ненавидит Геббельса и не делает из этого тайны. Его беспечность граничит с самоубийством.
- В сущности, я мог бы теперь вызвать вас на дуэль, господин министр, или вы находите это опасным? - ухмыляется он, когда тот вручает ему пистолеты.
- С вами - нет, - парирует Геббельс, - просто это было бы не совсем честно с моей стороны, я хороший стрелок, и вас я бы наверняка ухлопал!
Этот раунд остается за Геббельсом, а следующий - за Раддатцем. Лида Баарова, красивая, изящная чешка, - большая любовь маленького доктора. Фильм "Баркарола" делает ее популярной во всей Германии. В кругу артистов и вне его хорошо известно, что Геббельс часто навещает Лиду Баарову в ее доме в Кладове. Этим он выводит из себя даже фюрера: Гитлер энергично советует Геббельсу снимать свои комплексы, вызванные косолапостью и маленькой, "абсолютно негерманской фигурой" не тем, что он, используя министерский пост, пытается переспать со всеми подряд смазливыми рослыми актрисами. А одна из них к тому же чешка... Либо он заботится о своей семье, и прежде всего детях, либо подает в отставку... Геббельс не подает в отставку. Он расстается с Лидой Бааровой.
Но не сразу. Пока он еще навещает ее, сохраняя "маскировку": до или после своего рандеву он наносит краткий визит тому или иному известному коллеге прелестной Лиды Бааровой, чтобы внешне все выглядело пристойно. Так, иногда он приезжает и ко мне, к крайнему маминому неудовольствию. Ничто не властно заставить ее встретить гостя или сделать приветливую мину. Когда министр приезжает, она скрывается. Слава Богу, она хоть понимает, что я не могу заставить стоять под дверью министра, правда не более того.
Итак, Геббельс заскакивает "на минутку".
Я с Раддатцем и другими коллегами сижу в моем маленьком домашнем баре на антресолях, куда ведет узкая кованая лестница. На верхней площадке стоит деревянная скульптура в метр высотой, готическая Мадонна. Сама же лестница в полумраке и освещена лишь фонарем с двумя мягко светящими свечами. Это создает настроение, а для тех, кто знает каждую ступеньку, не опасно. Геббельс же, с трудом передвигающийся на коротких ножках, запинается о ступеньку, спотыкается об основание скульптуры, виснет на ней и скатывается по лестнице обратно вниз; еще во время падения он судорожно обхватывает тяжелую деревянную фигуру, безуспешно пытаясь найти в Мадонне опору...
Мы вскакиваем, страшно напуганные, один Карл Раддатц звонко хохочет.
- Что-то новенькое, господин министр, - радостно ухмыляется он, - совсем уж небывалое: ну и как ощущения в объятиях святой девственницы?..
Свободное копирование
