Спокойнее сравнительно с прежними годами, освободясь от многих сложных служебных забот, я встретил 1860-й год. Необременительные занятия по Совету и по крестьянскому делу Ставропольской губернии продолжались своим чередом и по временам доставляли довольно длительные работы.
В начале года наделало много шума убийство командира Эриванского гренадерского полка в Манглисе, полковника Фохта, офицером того же полка Макеевым. По-видимому, это случилось вследствие столь часто у нас бывавшего безразборчивого выбора полковых командиров. Со времени моего пребывания в Закавказья, это был уж второй случай: в первый раз, на Белом Ключе, капитан Правиков заколол кинжалом полкового командира Козачковского.
19-го января я был обрадован известием о производстве сына моего в полковники. Для этого, как потом сделалось известным, Барятинский должен был выдержать сильную борьбу, потому что сын мой недавно получил две награды, но князь находил их недостаточными и вытребовал третью. 20-го февраля князь возвратился в Тифлис. Я нашел в нем то же ласковое внимание к себе, с которым он постоянно относился ко мне.
Свободное копирование
