Затем я заезжал вновь на Гокчинское озеро и в Новый Баязет. Совершив нужное обозрение, возвратился я 19-го мая в Тифлис.
В июне я отправился в Боржом, где в то время проживал и князь Воронцов, на летнем пребывании. Я пробыл там всего пять дней, и между служебными делами приятно проводил время у старого князя, слушая за обедами и по вечерам интересные его рассказы о людях и событиях прежнего времени.
По возвращении, к концу того же месяца, в Тифлис, я на другой же день выехал в Белый ключ, к ожидавшей меня семье, уже переехавшей туда на летнее житье. Лето мы провели на подобие всех предшествовавших лет, уже мною описанных, хотя с маленькими вариациями, не слишком важными. А в Тифлисе тогда случилось большое и важное несчастье с новопостроенным корпусным собором. Его давно уж строили, он стоил много трудов и денег, снаружи был совсем окончен, и скоро должен был сделаться красивейшей из Тифлисских церквей. Главный его архитектор, итальянец Скудиери, пользовавшийся доверием наместника и бесспорно человек с талантом[1], для осмотра построек взобрался на самую верхушку купола, вместе с подрядчиком и другими людьми. Мгновенно купол рухнул, и все величественное здание разрушилось, как карточный дом, завалив, кроме людей, бывших на куполе, еще много других, работавших внизу. Говорили, будто бы несколько дней слышались стоны, раздававшиеся из-под развалин: но никакая помощь была немыслима, по невозможности скоро расчистить такую громадную массу. С тех нор прошло уже много лет, новый собор все собираются строить, для него давно отведено место, не прежнее, на Александровской площади, а другое, между гимназией и домом наместника; но собора все еще нет как нет[2].
Свободное копирование
