От измены до расправы - 2

...Вечером накануне секретариата позвонил Семену Фрейлиху: пришла пора поднимать из-за холмов своих.

- Сеня! Завтра Климов будет меня уничтожать...

Семен даже не дал договорить:

- Дальчик, приду! Так же нельзя, в конце концов, до чего дошли!...Ты лучший редактор Советского Союза! Я им объясню, будь здоров! Ты меня знаешь... Я же войсковой разведчик! Что бы ни случилось, - на брюхе приползу. Я с тобой!

Следующий звонок сделал другому мэтру киноведческо-критического цеха - тоже профессору, тоже доктору наук - Евгению Громову. Этот сказал честно: приду, но выступать не буду, ты должен понять.

Я понял. Еще недавно на своей книге о Льве Кулешова, выпущенной издательством "Искусство", он сделал дарственную надпись: "Другу и соратнику Далю Орлову и его очаровательной Алене на добрую память". Память и осталась доброй у друга и соратника. Потому что в острый момент не стал крутиться, сказал прямо, чтобы не рассчитывал. Не обманул.

Еще одному мэтру, чью симпатию и поддержку всегда чувствовал - Марку Заку звонить не стал. Захочет - выступит, нет - нет. А просить? Мы не были с ним так близки, как с Фрейлихом...

Ночь прошла, настало утро.

В нижнем фойе на Васильевской все кипело и гудело. Не протолкнуться. На повестке дня секретариата (напомню - первого в новом составе, отчего и интерес!) вопрос о "Советском экране" значился вторым - на двенадцать часов дня. К двенадцати я и пришел.

Сразу стал высматривать Фрейлиха, мою главную надежду. Его слово, а он говорить умел, могло бы повернуть настроение аудитории в спасительном для меня направлении. Такое выступление и другим бы расковало рты - в подобных ситуациях важно, чтобы кто-то сказал первым. А дальше - еще не известно, как пойдет!

Высматриваю, значит, Фрейлиха, а его нигде нету.

- Жень, Фрейлиха не видел? - спрашиваю Громова.

- Видел. Он был и ушел.

- Ушел?!

- Он к десяти, думал, а объявили в двенадцать. Возмущался, что не предупредили. Пошумел и ушел. В порядке протеста.

- А мне ничего не передавал?

- Да нет...

Итак, разведчик отполз...

Только в этот момент до меня стало доходить, что цунами перемен гонит перед собой еще и гигантскую волну всеобщего страха, сметающую самолюбия и независимость личного мнения. Этой гипнотической волне ожидания расправ уже никто не решался не только противостоять, но хотя бы пикнуть супротив.