23 ноября 1937 года (Москва)
Приехали к папе. Федя, кажется, очень доволен: "Я тебе, папа, говолил по телефону, что пиедем, вот и пиехали. Только ты, наверное, мой голос не слышал". Федя что-то нашалил, папа хотел наказать его. "Ну, папа, надо же жалеть своего сыночка". И так трогательно, с таким выражением это "своего сыночка", что действительно наказать нельзя.
24 ноября 1937 года (Москва)
Был первый раз в кино с папой и мамой. Чувствовал там себя совершенно свободно, разгуливал один по фойе. Нельзя сказать, что само кино произвело на него большое впечатление. Смотрел "Бременские музыканты", "Цирк" и "Золотую рыбку". Больше всего ему понравился цирк (просто заснято цирковое представление), особенно львы и лошади. "Бременские музыканты" приятны были ему тем, что он очень хорошо знает эту сказку. Только всё удивлялся: "Почему они все такие гадкие, некрасивые?" Правда, сделаны все куклы безобразно. "Золотая рыбка" совсем не понравилась; возмущала его особенно старуха, всё время говорил: "Не хочу я больше мотеть на эту гадкую старуху". Действительно, очень скучно, растянуто, с каким-то психологическим уклоном.
25 ноября 1937 года (Москва)
Пошел с мамой гулять на двор; мальчишки его приняли очень хорошо. Побежал с ними на горку: "Мотите все, как я побегу!" Побежал, упал и по всей горке носом проехался. Очень был сконфужен, заплакал, убежал в дальний угол двора. Мама пошла его уговаривать, никакие уговоры не действуют. "Не хочу с мальчишками. Я упал. Пойдем на люлицу". По-видимому, очень ему было стыдно, что он так оскандалился, хотел удаль свою показать. Пошли на улицу, очень скоро утешился, всё забыл. Прибежали опять мальчишки звать его играть в поезд. "Иди, мама, я с ними буду один".
Свободное копирование
