Эшторил, 8 декабря
Не смог уснуть, внезапно разболелся зуб, впервые в жизни, и сейчас расплачиваюсь за свою беспечность, хотя в Германии невозможно было что-то сделать, потому что у них не хватает золота и других металлов и дантисты могли поставить пломбу только из какого-то оловянного сплава. Но светило прекрасное южное солнце, и я все утро бродил по городскому парку, радуясь, как много еще цветущих растений, потом по пляжу, на который накатываются огромные синие волны и яростно разбиваются в пену на залитом солнцем песке. Спокойствие, умиротворенность, мягкий шум моря — все это было великолепно. Благополучие в избытке, на это надо было настроиться, что трудновато с утра. Я сбежал, поймал такси и поехал в Лиссабон ждать самолета Эда. Подозрительные англичане из авиакомпании ни за что не хотели сообщать, когда прилетит самолет из Лондона и прилетит ли он вообще, явно опасаясь, что эта информация может каким-то загадочным образом попасть к немцам и они его собьют. Я прождал до темноты и вернулся в Эшторил.
Позднее. Наконец приехал Эд, и это здорово. С десяти вечера мы до изнеможения проговорили про этот год войны и в пять утра, приятно утомленные, легли спать. Учитывая пережитые Эдом бомбежки и сумасшедший режим работы, выглядит он лучше, чем я ожидал, действительно отлично.
Свободное копирование
