7 июня 2008 г.
7 июня 1848 года в Петербурге преставился от чахотки литературный критик В.Г.Белинский. Прожив всего 36 лет, тем не менее занял в русской литературе весьма заметное место, равно и в советской школьной программе, где его превозносили как последовательного демократа. Как и многие, я в школе его успешно п р о ш ё л, только теперь начинаю читать.
За полгода до смерти (в начале декабря 1848-го) “неистовый Виссарион” пишет П. Анненкову:
“Вера делает чудеса — творит людей из ослов и дубин, стало быть, она может
и из Шевченки сделать, пожалуй, мученика свободы. Но здравый смысл в Шевченке
должен видеть осла, дурака и пошлеца, а сверх того, горького пьяницу, любителя
горелки по патриотизму хохлацкому.
...Шевченку послали на Кавказ солдатом. Мне не жаль его, будь я его судьею, я
сделал бы не меньше. Я питаю личную вражду к такого рода либералам. Это враги
всякого успеха. Своими дерзкими глупостями они раздражают правительство, делают
его подозрительным, готовым видеть бунт там, где нет ничего ровно, и вызывают меры
крутые и гибельные для литературы и просвещения.
...Одна скотина из хохлацких либералов, некто Кулиш (экая свинская фамилия!)
в «Звёздочке» (иначе называемой <...>), журнале, который издает Ишимова для детей,
напечатал историю Малороссии, где сказал, что Малороссия или должна отторгнуться
от России, или погибнуть. Цензор Ивановский просмотрел эту фразу, и она прошла.
И немудрено: в глупом и бездарном сочинении всего легче недосмотреть и за него
попасться. Прошел год, и ничего, как вдруг государь получает от кого-то эту книжку
с отметкою фразы. А надо сказать, что статья появилась отдельно, и на этот раз её
пропустил Куторга, который, понадеясь, что она была цензорована Ивановским, подписал
её, не читая.
Сейчас же велено было Куторгу посадить в крепость. К счастию, успели предупредить
графа Орлова и объяснить ему, что настоящий-то виноватый — Ивановский! Граф кое-как
это дело замял и утишил, Ивановский был прощён.
...Вот, что делают эти скоты, безмозглые либералишки. Ох эти мне хохлы! Ведь бараны —
а либеральничают во имя галушек и вареников с свиным салом! И вот теперь писать ничего
нельзя — всё марают... Ивановский был прекрасный цензор, потому что благородный человек.
После этой истории он... вышел в отставку, находя, что его должность несообразна с его
совестью. И мы лишились такого цензора по милости либеральной свиньи, годной только
на сало”.
1-10 декабря 1847 г., Санкт-Петербург
Свободное копирование
