8 февраля 1999 г.
В «Новой» – полоса Чернова про Володина, от которой я взорвался. Фыфка урезонила: а ты ждал чего-то другого? – у Андрея всё по одному лекалу: Я и Берестов, Я и Синявский…
Вечером заглянул Димыч (с лета прошлого года не виделись). Грустный – с Нового года он безработный: трудовая книжка в его шарашке осталась лежать, но деньги платить перестали. Такие дела.
9 февраля 1999 г.
День беготни. В «Огоньке» забрал цветные слайды Володина и взял журналы для него (текст Поздняева про Александра Моисеевича, в отличие от Черновского, не стыдный).
Володю Чернова застал взмыленным и вконец задёрганным – он уже не храбрится, только руками разводит в недоумении (все иллюзии давно кончились – журнал верно идёт ко дну, и это неостановимо).
По ТВ – второй фильм о Солженицыне («не принятый» персонажем к показу и понятно почему – китч с претензией на проникновенность). Есть одна съёмка, действительно не постановочная: Исаевичу стало плохо на бульваре (сердце прихватило), и съемочная группа едва не стала очевидцем последних минут жизни писателя.
Свободное копирование
