Мой ХХ век. 1995 - 8

21 – 25 января 1995 г. / Казахстан

– 21-го прилетел в Алма-Ату (Алматы), сразу же в аэропорту поменял часть рублей на местные деньги и уже через 15 минут у меня на площади возле киосков вытащили бумажник. Прилетели, называется!

Вечером – в Бишкек.

– 22-е. С какого-то переляку местные чудики поселили меня в гостинице при... онкологической больнице. Зато номер роскошный – «звёздочки» эдак на 3! Вечером – собкор «МН» Гюльшат и её симпатичный брат Ильшат.

– 23-е. В Белом Доме пустые разговоры с Камилем (который был собкором «МН», а стал прессекретарём Акаева). Своё новое назначение Камиль непременно хочет отметить бурным застольем. Отметили. Осталось ещё рассказать мне, зачем я (редактор отдела региональных изданий «Московских новостей», тут оказался.

– 24-е. Приехал славный парень Серёжа Дуванов и увёз меня в Алматы...

...Миновали горный перевал, шоссе из Бишкека в Алматы покатилось под уклон, и уши заложило от перепада высоты, а водитель то и дело крутил свободной рукой колёсико настройки радиоприемника, ловя ускользающую волну. Сетовал: передатчик слабоват, да и антенна оставляет желать...

В Казахстан меня вёз Сергей Дуванов – некогда крутой диссидент, зубная боль алматынского руководства и организатор местной социал-демократической партии, а теперь владелец собственной теле-радиокомпании. Начинал ее в рамках проекта популярной в Москве программы «Радио-Максимум», но отпочковался, сам встал на ноги, и сегодня у Дуванова львиная доля русскоязычного эфира на информационной территории Казахстана.

В черте города УКВ-эфир очистился от помех, и программу новостей «Радио-М» сменила музыка, перемежаемая абсолютным по выговору американским английским. Не сдержал удивления: кому? для кого? – в нынешней Алматы, переименовавшей даже улицы Пушкина и Гоголя, где и русский-то великий-могучий в жутком загоне. Дуванов только отмахнулся: и с русским всё в порядке, и на английском есть, кому слушать. У них из восьми ди-джеев трое – стопроцентные янки: Марк Хеннинг, Тайсон Доэрти и Джош Браун – можешь познакомиться. Правда, профессионал со стажем только Марк: ему за сорок, из хиппи 60-х, фанат рок-н-ролла, много лет работал диск-жокеем в Лос-Анджелесе. Сюда приехал с женой, командированной в Казахстан по делам своей фирмы. Сам предложил «Радио-М» свои услуги – вёл часовую программу новостей на английском, потом начал собственный музыкальный марафон.

Марк – первая ласточка, следом за ним на «Радио-М» появилось еще двое американцев, уже из другого поколения, с иными музыкальными пристрастиями. Работают бесплатно: ставка ди-джея – доллар за час вещания, и для американцев, выходящих в эфир 2–3 раза в неделю, это не деньги.

По пути к ажурной телебашне, мерцающей красными огоньками на окраине казахстанской столицы, собрали по городу ночную дежурную бригаду; последним прихватили Джоша Брауна, вконец закоченевшего в ожидании машины.

Джошу – 23, два года назад окончил университет в Миссисипи, по специальности политолог. Он доброволец Американского корпуса мира – государственной некоммерческой организации, которая ежегодно рассылает по всем странам несколько тысяч своих посланцев с гуманитарной, как теперь говорят, миссией: сеять разумное, доброе, вечное. Джош мог оказаться в Сербии или Сомали, но в числе восьми десятков американцев приехал в Казахстан. Корпус мира платит своим миссионерам минимальные деньги, права прирабатывать они не имеют.

Так в конце прошлого века здесь шли в народ российские разночинцы: учили казахов грамоте, обречённые бороться с нуждой, осесть среди бескрайних степей и сгореть до срока от пьянства или бубонной чумы...

Школа, где Джош преподаёт казахским детям английский язык, выделила американцу жильё и обед в учительской столовой. Комнатёнка оказалась в отдаленном районе с дурной репутацией, и за день до моего приезда Джоша обокрали (надеюсь, не его ученики): всё унесли, от плеера до джинсов. Очень хочет выучить русский язык, но за два года это ему не удалось. На радио пришёл в поисках общения: здесь уютно, здесь говорят на его языке и вполне его понимают...

Джош исчез в аппаратной, а в студии уже вживается в роль Тайсон: на голоса разговаривает сам с собой – хрипит, завывает, сходит на доверительный шепот и вдруг взрывается словесным крещендо. Разогревает себя – нахлобучил на голову нечто войлочное, с оранжевым панковским гребнем. В отличие от Джоша, свободно говорит по-русски. Ему 24. Работал гидом в Колорадо, потом закончил университет. Случайно познакомился с крупным фермером – тот решил завязать сельхозотношения с Казахстаном и предложил Тайсону быть посредником: оплатил билет, дал денег на первое время. Через полгода Тайсон к сельскому хозяйству охладел, открыл собственную фирму в Алматы, переводческую. Да это всё неважно, главное – есть музыка: может слушать её 25 часов в сутки, всю свою фонотеку из Штатов привез с собой. Мечта? Жить в музыке и получать за это деньги, играя на гитаре. Хотел бы создать свой центр общения, где будет много музыки и много разных ремёсел – стеклодувы, резчики, гончары... Ему в жизни нужны только музыка и кислород. И ещё конечно девушки. Говорят, в Казахстане они 150 национальностей. Почти всех попробовал, только две остались. Узнает всех девушек здесь – поедет дальше: мир большой...

Марка Хеннинга я в студии уже не застал, на память смог сфотографировать только Тайсона и Джоша, который наконец согрелся, ожил в общении и улыбнулся в объектив кроткой улыбкой Алёши Карамазова.