16 января 1992 г.
Один из самых позорных дней моей жизни.
В конце недели позвонил Нагибин: ему предлагают открыть и возглавить новую писательскую газету «Литературные новости», которой он сам заниматься не намерен, но если я с друзьями возьмусь, то готов быть нашим прикрытием. Ребятам идея понравилась, назначили встречу.
Нагибин кое-как взошёл на мой девятый этаж (из-за клаустрофобии на лифтах не ездит), вкратце обрисовал ситуацию и спросил, что мы сами думаем. Тут у Вигилянского с Хлебниковым взыграли прежние амбиции – стали выяснять, кому быть главным редактором (в «РВ» они поладили на том, что будут руководить журналом попеременно), затем взяли лист бумаги, бурно принялись составлять штатное расписание...
Юрий Маркович ушёл в другую комнату, с полчаса полистал книжки, потом мы с ним перебрались на кухню, выпили чаю за мелкими разговорами. Через час сказал:
– Пойду я, пожалуй. А вы позвоните мне, когда они кресла поделят.
Одно слово: стыдоба.
19 января 1992 г.
Нагибин позвонил сам – сказал, что с газетой его достали: звонят все, кому не лень, спрашивают, будут ли в «Литературных новостях» печататься интервью, хвалебные рецензии... Потому от предложения он отказался – через неделю улетает в любимую Италию. Просил передать друзьям свои извинения и горячий привет. Что и следовало...
Свободное копирование
