23 января 1990 г.
Встретил Петрушевскую – в слезах: «Что происходит с Колей Булгаковым? Совсем чужой, общего языка найти уже не удаётся. Русопятство его на грани патологии – он даже осквернить язык словом «еврей» не может – говорит: э т и. Знаете, что он бросил литературу и собирается уйти в церковь?».
Уже все знают.