25 февраля 1983 г.
Стоило мне отлучиться из редакции, как это сразу обернулось глупостью – по распоряжению Лейкина портрет Самойлова (по-моему, вполне удачный, если учесть его больные глаза) по контуру вырезали из фона и превратили в коллаж. Моё недоумение Наума Борисовича просто разозлило: «А вы считаете нормой, что еврей снят на фоне кирпичной стены? – его расстреливают, что ли?»
Этот аргумент мне даже в голову не мог прийти, но у редколлегии свои заморочки.