5 июня 1981 г.
У ответсека Лейкина существуют неписанные правила, кому что можно. Благому на любой текст про Пушкина можно два разворота, а Чернову три полосы нельзя – молод ещё. В итоге до последней минуты держу сокращения статьи Андрея «На тайные листы записывал я жизнь», а другой рукой набираю номер Дмитрия Дмитрича, у которого, кроме договорённости с Лейкиным про некий текст, лишь выжимки из прежних книг. Старый пушкинист уже кипит – у него билет на дневной поезд в Питер, а тут я ему звоню и звоню. Наконец, доведя старика до крика: «Дайте мне ещё час!» – желаю ему счастливого пути и советую взять статью с собой. Едва его поезд отходит от перрона – иду к Лейкину с вопросом: «И где ваш Благой?», и как только злой Няма бубнит: «Занимайте второй разворот, чем хотите!» – отвечаю: «Вообще-то у меня третья полоса Чернова готова и проверена…».
Свободное копирование
