7 февраля 1981 г.
Сидели в кафе-стекляшке возле платформы «Переделкино» (грелись, ожидая электричку). Мы с Вадиком Мариным – лицом к двери, Щекочихин спиной к окну. Сквозь заиндевелое стекло было видно, как на пятачке у «Сетуни» тормознул милицейский «козлик»: пока водитель вылезал из машины, другой блюститель порядка вразвалочку направился в тепло. Обстукивая валенки, в тугой портупее поверх полушубка, он протопал к стойке, опёрся на неё задом, обвёл взглядом полупустое кафе и нацелился на наш коллектив.
– Не смотри на него! – тихо сказал Щекоч, грея ладони о стакан. – Не смотри!..
Продолжая травить что-то смешное, я близоруко пялился, никак не предвидя последствий. Лыбился, не понимая, отчего мент на глазах наливается кровью, зачем негнущимися пальцами расстёгивает кобуру. Вовремя подоспевший его напарник мигом оценил ситуацию: он – Богом клянусь! – по воздуху перелетел через весь зал, схватил амбала за кобуру и рукав, кое-как уволок на улицу...
– Завтра «МК» напечатал бы пять строчек. Как милиционер Сидоров, находясь при исполнении, застрелил троих пьяных бандюганов, которые оказались журналистами, – меланхолично изрёк Марин.
А Щекоч отчитал меня:
– Никогда не смотри в глаза бухому менту!
Свободное копирование
