Праздников у осетин бесконечное число. Главнейший -- в ноябре целую неделю, иногда и больше, в честь святого Георгия (Васгирг), при этом истребляется множество скота, пива, араки и прочего. Рождество Христово (Чпурс), перед которым постятся от двух до семи дней. После Рождества во вторник ночью молятся диаволу (банатхи-чав-ахсав), приносят ему в жертву козла, свинью или курицу, араки, но никого этим не угощают. Новый год (Наог-бон) -- в этот день ходят с поздравлением, держа в руке пучок соломы и желая размножения детей мужеского пола, скота и всякого имущества, при этом разбрасывают солому по полу. Крещение (Данис-Кафан) празднуют без водосвятия. Всеядная неделя (Ком-Охсан), в течение коей самый бедный осетин должен зарезать две-три скотины. Сырная неделя (Урс-Квир), во время коей не едят мяса. Великий пост соблюдают довольно строго. День святого Феодора (Тутр) -- в этот день некоторые женщины выходят на дороги, останавливают проходящих мужчин и не отпустят без подарка. На третьей неделе поста опять поминки по усопшим с трапезой на столах, освещаемых маленькими свечками. Лазарево воскресенье (Засхасан) и Вербное воскресенье (Куту-Ганан), Пасха (Истир-Коаджан), Фомина неделя (Болдаран). Вознесение (Зардиван), Сошествие Святого Духа (Кардан-Хасан), Первое воскресенье в июне (Атенаг) -- во все эти праздники большинство отправляется на поклонение святым угодникам, к местам, обозначенным кучами камней, к которым приставляют свечи, прибивают рога и прочее. Имена этих чтимых, кроме Георгия, Михаила, Гавриила, Илии, Богородицы, вообще Архангела (Таф-Анджел), бывают и чисто языческие: богиня грязи, богиня двери, пернатый Илья, землевладелец, защитник пашни, сатана, четыре ангела по временам года и т. п. Образов в домах нет.
Отправляясь на поклонение, берут с собой запасы и там после произнесения кем-нибудь из старших нескольких молитвенных слов садятся вместе за еду, оканчивающуюся попойкой. Молодежь должна прислуживать, поднося рог с водкой, хлопать в ладоши, пить до тех пор, пока рог будет осушен. Вертела, на которых жарились шашлыки, обматывают моточками сырца шелка и втыкают в кучу камней, изображающую памятник святому.
Песни у осетин преимущественно любовного содержания и крайне цинические. Один запевает, другие подхватывают, образуют круг и двигаются какими-то неграциозными прыжками (симг). Женщины, особенно незамужние, должны избегать показываться в такое время, а то раздадутся прескверные слова. Женщины отдельно также поют и составляют хоровод; главные припевы: "Приди ко мне мое солнце, мой ангел" и т. п. Вообще нравственностью похвастать осетины не могут: иметь любовниц и любовников не только не предосудительно, но даже как бы требуется обычаем.
Для обнаружения истины при разбирательстве дел о воровстве, убийстве и т. п. употребляют присягу, которая бывает двух родов. Приводят на площадь осла, собаку или кошку, заподозренное лицо в присутствии общества должно взять левой рукой животное, а правой -- кинжал или шашку, произнести: "Пусть ближайшие мои умершие родственники съедят мясо сего животного, если я солгу что-нибудь", затем, рассекая животного, повторяет то же, прибавляя: "Если я солгал". Все зрители стараются отойти подальше, чтобы не коснулась к ним кровь изрубленного животного, а заподозренный считается оправданным, хотя часто подозрение все еще тяготеет над ним. Или же приводят человека к развалинам древней церкви, к кучам сложенных в память святого камней, где он в присутствии свидетелей, держа в руке палку, должен произнести: "Да проклянет меня сие священное место, если я виновен в том, в чем меня подозревают" и воткнуть палку в землю. Такая присяга остается надолго в памяти народной, и произнесший ее тоже остается под каким-то общим упреком. Что же касается присяги по нашему закону, перед крестом, Евангелием и в новой церкви, то она для осетин никакого значения не имеет.
За убийство кого бы то ни было, взрослого или ребенка, умышленно или без умысла, виновный должен заплатить 314 коров; если он не в состоянии исполнить этого вдруг, то ему дают рассрочку, а между тем ежегодно в виде процентов он должен отдавать родным убитого по одному быку и известное количество пива. В противном случае ему грозит смерть.
Бедным помогают в таких случаях все родные, даже дальние.
В случае воровства обиженный берет осла и собаку и, подойдя к дому подозреваемого, громогласно объявляет об украденных у него предметах и что если вор не сознается или кто знает о нем не обнаружит его, то он, обиженный, зарежет осла или собаку в память и в пищу их близких покойников. Угроза эта наводит такой страх, что сам вор или в случае его отсутствия знающие о нем торопятся сознаться. Бывает, что обиженный воровством путешествует таким образом в две-три деревни, где он подозревает кого-либо в воровстве, пока не откроет виновного. Посторонние, указавшие вора, получают известное вознаграждение. Для решения дела избирается обеими сторонами третейский суд, который большей частью присуждает удовлетворение втрое против украденного; судьи сами же исполняют роль экзекуторов.
Из этих обычаев следует вывести заключение, что ослы и собаки считаются как бы скверными животными, а между тем необъяснимое противоречие: старшие всегда внушают младшим, что осла и собаку следует почитать и беречь, ибо кто их презирает, будет грешен и несчастлив.
Странен обычай у осетин при встрече двух человек, враждующих почему-либо между собой. Всякий старается предупредить противника, схватить его за ухо и крикнуть: "Будь слугой моих покойников". Это считается большой обидой, ведет к жалобам, удовлетворению в более или менее крупных размерах, а если произошло по недостаточно основательной причине, то обидчик подвергается нареканию и нередко презрению общества. Если же оба встретившиеся успеют одновременно схватить друг друга за уши и произнести означенные слова, то дело остается без последствий.
Свободное копирование
