В то время многие гражданские организации шефствовали над воинскими частями. У нашего завода была подшефная авиационная воинская часть. Это означало, что заводская самодеятельность иногда выступала перед солдатами, иногда на заводе делали кое-какие изделия для военных. Я однажды принял участие в экскурсии заводчан на военный аэродром. Мы подробно ознакомились с самолётами ТУ4 и ИЛ28. ТУ4 - огромный четырёхмоторный самолёт, первый бомбардировщик, вооружённый атомной бомбой. Экипаж самолёта – 12 человек. Для того, чтобы попасть из кабины пилотов в отсек мотористов была предусмотрена специальная труба длиной около 10 метров. Наш автобус остановился прямо под самолётом, и до нижней части фюзеляжа было ещё несколько метров. В советской армии это был последний боевой самолёт с воздушными винтами..
Когда Бэла уехала в Днепропетровск, я довольно часто туда звонил. Для того, чтобы позвонить в Днепропетровск, нужно было на почте оплатить стоимость разговора, а потом с любого телефона позвонить на междугороднюю телефонную станцию, сказать номер квитанции об оплате и назвать сумму оплаты. После этого телефонистка говорила: «Ждите». Ждать приходилось иногда целый час. В ночное время соединяли быстро. У меня всегда в кармане была квитанция об оплате трёх минут разговора с Днепропетровском. Во время ночной смены, когда у меня было свободное время, я звонил домой из своей конторки. После окончания оплаченных трёх минут телефонистка прерывала разговор. Но ночью они засыпали, и я иногда разговаривал по полчаса.
Я поддерживал дружеские отношения со своими соучениками – с Зайцевыми и с Поповым, а также с Сергеем Шепетовским. Я бывал у него дома, был знаком с его женой. Сергей познакомил меня с несколькими своими приятелями, мы вместе отмечали праздники, вместе ходили на демонстрации.
Сергей рассказал, что раньше работал в Воронеже на заводе «СК» - так называли завод синтетического каучука - и о нравах, царивших на этом заводе. Дело в том, что каучук делали из этилового спирта. Спирт поступал на завод в железнодорожных цистернах и транспортировался по всему заводу по трубопроводам. Каждый работник, находясь на заводе, имел возможность пить спирт без ограничений. Но просто так вынести спирт с завода было невозможно, так как на проходной у всех проверяли сумки. Однако умельцы смогли обойти запрет. У каждого рабочего в спецовке был разводной гаечный ключ. Где-нибудь в закрытом месте этим ключом рабочий слегка ослаблял несколько гаек на фланце трубопровода со спиртом до появления струйки живительной влаги. Все рабочие носили резиновые сапоги. Сапоги снимали, наливали в них спирт и снова надевали. Теперь можно было смело идти через проходную.
Свободное копирование
