23 октября. Омск
В восемь часов был у адмирала Колчака — получил следующие задания: принести устав самарских армий, приказы и пр. и положение о начальниках военных районов. Почти сейчас же Колчак уехал, а я отправился в Ставку, но узнал, что меня Розанов вызывал к себе на квартиру. На автомобиле поехал в дом доктора Яцкина на Оттоманской ул., где у Розанова две хорошие комнаты. Оказывается, Розанов принимает японскую военную миссию, приехавшую из Читы. Когда раздался вскоре звонок, мы с адъютантом вышли на лестницу и увидели группу японцев, которая поднимается наверх.
Впервые видел военных японцев в качестве официальных лиц и целой группой. В первой комнате они все расселись, я остался с ними, а адъютант пошел докладывать.
Вошел Розанов. Японцы встали, поклонились. Розанов широким жестом попросил их сесть. Майор Микэ, оказалось, хорошо владеет русским, и потому с ним Розанов и вел беседу, а он переводил остальным. Розанов просил перевести следующее:
1) В Чите японские войска заняли телеграф, перехватывают все телеграммы, почему мы фактически не имеем связи с Дальним Востоком.
2) Какие меры думает принять японское командование, дабы ликвидировать это неудобное и недопустимое положение. Розанов резко подчеркнул: «недопустимое», и это мне очень понравилось. Пока Микэ переводил, лица японцев соответственно менялись и изображали — изумление, полное наивное изумление, они качали головами, вбирали в себя воздух, посвистывали и вразумительно восклицали: «Аааа содос-ка, всессс...»
Наконец Микэ, вобрав в себя воздух и просвистев, начал:
— Весе, ээээ — Ваше превосходительство. Японской военной миссии ничего не известно про неприятный случай в Чите. Японское командование всегда хорошо относился к русской командование, которое ведет борьбу с большевиками всссс... Если случилось недоразумение, военное командование примет все меры, чтобы его устранить... ввсссс, ээзээ....
Воцарилось молчание, и японцы начали подниматься. Выдержка, надо отдать справедливость, у них изумительная.
Розанов проводил их до дверей, я до лестницы, а адъютант спустился вниз. Когда мы поднялись, Розанов пил красное вино и был рассержен:
— Мерзавцы. Им, видите ли, ничего не известно. Заняли телеграф, ничего не пропускают и... не известно. Все лгут и обманывают. У них вся политика на этом построена...
После приема японцев забежал в кадетский комитет, где от Жардецкого узнал, что министрами намечены: внутренних дел — Михайлов, морским и военным — Колчак, Савинков министром иностранных дел и затем министры Сибирского правительства.
Свободное копирование
