4 сентября. Самара
На шестое намечен отъезд на государственное совещание в Уфу Необыкновенная история: Климушкин запретил съезд торгово-промышленникам на территории Комуча, так как принимает в этом съезде участие исключительно реакционный элемент. Трудно поверить в такую меру, но это факт. Вот вам и свобода слова, совести, печати. Я думаю, что царское правительство делало большую ошибку, что не назначало министрами время от времени разных эсеров вроде господина Климушкина: вместо того чтобы сидеть в эмиграции и заниматься организацией террора, они бы учреждали военно-полевые суды почище всяких Ренненкампфов или Меллеров...
Клафтон говорит, что съезд все равно соберется в Уфе, куда власть нашего милого демократического правительства не достает — это хорошо, и тут сядут в калошу.
Новицкий поселился у меня в комитете, а жена переселилась к Варваре Вадимовне Осоргиной. Новицкий чем дальше, тем больше мне нравится: по вечерам, когда сходимся, много с ним говорим — он тоже не верит ни в какой успех тут, а в особенности в успех Комуча. На днях уезжает к Деникину, говорит, что тут слишком тяжело дышать. К Деникину повезет письма от Пепеляева.
Свободное копирование
