Мемуарист » Авторы » Andrey_Bely » Годы полемики - 13

Годы полемики - 13

25.04.1907
Москва, Московская, Россия

Живые беседы, импровизации, серии докладов, исполнительные вечера — занимали меня; за роялем оказывались Корещенко, Померанцев, Игумнов, Метнер и Мейчик; помнятся вечера Ванды Ландовской, клавесинистки[1], и молодого француза школы Равеля. В «Эстетику» заглядывали и заезжие знаменитости; здесь встретился с композитором Венсеном д'Энди:[2] этот крепкий старик имел вид африканского боевого сержанта, когда он прикусывал трубочку и фыркал дымом. Не то впечатление оставил слащавый брюнет Морис Дени, знаменитый художник, пытавшийся воскресить примитив.

Приводили сюда и Матиса; его считали «московским» художником; жил он в доме Щукина, развешивая здесь полотна свои[3]. Золотобородый, поджарый, румяный, высокий, в пенсне, с перелизанным, четким пробором, — прикидывался «камарадом», а выглядел «мэтром»; вваливалась толпа расфранченных купчих и балдела, тараща глаза на Матиса; Матис удивлялся пестрятине тряпок, величине бледных «токов», встававших с причесок, размерам жемчужин и голизне: Венеция, Греция, остров Гонолулу! Не хватало колец, продернутых в носики; не оказалось русских «французов»; художники не владели французским; я был ими вытолкнут: говорить; я начал с «cher maitre»; [Дорогой учитель] Матис[4], вскочив, бросил руку вперед; другую — ладонью в грудные крахмалы; и перебил с ложным пафосом:

— «Seulement camarade!» [Только товарищ]

— «Cher camarade!» [Дорогой товарищ]

Щурясь, как кот, он внимал, выгнув шею и выставив длинную золотоватую бороду.

Он — не понравился.

Поздней, без меня, приводили Верхарна[5].

Здесь Москва знакомилась с Алексеем Толстым, которого подчеркивал Брюсов как начинающего… поэта;[6] Толстой читал больше стихи; он предстал романтически: продолговатое, худое еще, бледное, гипсовой маской лицо; и — длинные, спадающие, старомодные кудри; застегнутый сюртук; и — шарф вместо галстука: Ленский! Держался со скромным надменством[7].

Здесь встретился я с длинным, худым, истеричным И. С. Рукавишниковым: не то — Дон Кихот, не то — Фердинанд Испанский; мятое, серое лицо; борода — в полуметр, состоящая из нескольких сот волосинок; густые усищи, а ноги — карамора; почти шатаясь, уселся; я ждал из уст трубного гласа; а он — запищал комаром; стихи начертанием напоминали — кресты, треугольники и перекошенные трапеции; с Варей, сестрой его, я был знаком; она стала женою Тургенева, помещика-эсера, отца Аси, с которой позднее я сблизился; я знал его шурина, Мюрата, потомка… «неаполитанского короля»[8], по уверению армян, родившегося в Шемахе, где родился и мамелюк Рустан.

Так все перепутано в мире: мамелюк Рустан и… Иван Рукавишников; волжские миллионы; и — мрачно-убогие номера, в которых прозябал без гроша, отцом проклятый сын миллионщика, будущий хозяин «Дворца искусств»[9].

[1] (98) Ванда Ландовска выступала в Обществе свободной эстетики 3 февраля 1910 г. — исполнила на клавесине ряд пьес времен Шекспира (ГБЛ, ф. 386, карт. 135, ед. хр. 3, л. 32).

[2] (99) Венсан д'Энди концертировал в Москве в феврале 1907 г., исполняя в основном собственные сочинения.

[3] (100) Во время своего пребывания в Москве с 23 октября до начала ноября 1911 г. Анри Матисс жил в особняке С. И. Щукина в Знаменском переулке. Картины Матисса Щукин начал приобретать еще в 1904 г., к 1911 г. в его собрании насчитывалось 25 работ Матисса. См.: Гриц Т., Харджиев Н. Матисс в Москве. — В кн.: Матисс. Сборник статей о творчестве. М., 1958, с. 96–119; Русаков Ю. А. Матисс в России осенью 1911 года. — В кн.: Труды Государственного Эрмитажа, XIV. Л., 1973, с. 167–184.

[4] (101) Матисс был на заседании Общества свободной эстетики 27 октября 1911 г., которое было посвящено докладу Ф. А. Степуна «О философии пейзажа». В отчете об этом заседании сообщается: «Собрание посетил Анри Матис, которого В. Я. Брюсов приветствовал от лица Общества. Несколько вопросов, предложенных А. Матису А. Белым, вызвали собеседование о современных задачах живописи. В беседе приняли участие: Н. В. Баснин, А. Белый, А. Б. Вайнштейн и А. Матис» (ГБЛ, ф. 386, карт. 114, ед. хр. 36). В хроникальной заметке «Матисс в Москве. В кружке вольных эстетов», помещенной в «Утре России» 28 октября, раскрывалось содержание этой беседы: «А. Белый предложил Матиссу высказаться по вопросу о соотношении рисунка и цвета в живописи, что поставило Матисса в некоторое затруднение ввиду слишком широких размеров предложенного вопроса. <…> Матисс высказался горячо за неизбежность „рисунка“ в живописи. Передавать, вернее, записывать исключительно цвет можно в этюдах. Но без рисунка художественное произведение неполно, несовершенно» (Русаков Ю. А. Матисс в России осенью 1911 года, с. 178).

[5] (102) Эмиль Верхарн выступал в Обществе свободной эстетики во время своего пребывания в Москве в конце ноября — начале декабря 1913 г. (см. коммент. Т. Г. Динесман в кн.: Литературное наследство, т. 85. Валерий Брюсов, с. 618–620). Белый в это время находился в Германии.

[6] (103) См.: Xайлов А. И. А. Н. Толстой и В. Я. Брюсов. К истории литературных отношений. — В кн.: А. Н. Толстой. Материалы и исследования. М., 1985, с. 204–210.

[7] (104) Сообщая М. А. Волошину о своем чтении стихов в Обществе свободной эстетики в конце 1908 г., А. Н. Толстой добавлял: «После чтения подходят ко мне Брюсов и Белый, взволнованные, и начинают жать руки. В результате — приглашение в „Весы“…» (Литературное обозрение, 1983, № 1, с. 109; публикация Вл. Купченко). Три стихотворения А. Н. Толстого были опубликованы в № 1 «Весов» за 1909 г.

[8] (105) Королем Неаполитанским (с 1808 г.) был Иоахим Мюрат, сподвижник Наполеона и маршал Франции.

[9] (106) И. С. Рукавишников происходил из богатой нижегородской купеческой семьи (см. его автобиографию в кн.: Первые литературные шаги. Автобиографии современных русских писателей. Собрал Ф. Ф. Фидлер. М., 1911, с. 88). В 1919–1920 гг. руководил работой московского «Дворца искусств».

Опубликовано 23.08.2024 в 23:12