После завтрака мы вернулись домой и сейчас же уехали на поезде в Яссы.
День склонялся к вечеру. Ехали мы полями, лугами; мелькали села, церковки… Народ, по воскресному дню, высыпал на лужки, девушки в живописных национальных костюмах водили хороводы… Очаровательные идиллические картины! Словно светлое видение дорогой Холмщины… На одной из станций какой-то буковинский православный священник увидал нас в окно и спрашивает: "Вы русские епископы?" Узнав, что мы русские, очень обрадовался и вошел к нам в вагон. "Мы все русское так ценим, так любим, а украинцев мы ругаем…" — сказал он и при этом, действительно, выругался крепким народным словом…
Наутро мы прибыли в Яссы.
О приезде нашем мы предупредили из Черновиц. Нас встретили и повезли к митрополиту Пимену. Подъезжаем, — и тут не обыкновенный архиерейский дом, а великолепный дворец. Богатство, до роскоши… И вновь мы входим в величественные покои в нашем бедном одеянии. Митрополит Пимен встретил нас любезно. Когда я сказал ему, что его дворец прекрасен, он нам объяснил, что каждая епископская резиденция в Румынии одновременно является и резиденцией королевской семьи, когда она посещает какой-нибудь епархиальный центр. Он показал нам королевские покои в своем дворце, поразившие нас богатством убранства: шелка, бархат, золото, гербы… Эта тесная связь правящей династии с Церковью сказывается и тем, что в румынских храмах среди икон вешают портреты короля в военной форме и королевы в европейском платье. Правда, не у алтаря, а на противоположной, западной стене, смежной с притвором, там, где наши русские иконописцы изображали Страшный суд…
Мы приехали утром (нам отвели помещение во дворце), до завтрака оставалось время, и нам предложили осмотреть сад. Он был большой, прекрасно возделанный. Мы полюбовались садом, виноградниками, где виноград уже поспел, и, по предложению митрополита, прошли с ним в собор к мощам мученицы Параскевы (покровительницы Молдавии), которые хранятся в чудесной раке.
Завтрак у митрополита отличался изобилием и изысканностью яств. Он потчевал нас молдаванским вином собственных виноградников. После трапезы мы осматривали ясские церкви, отличающиеся пышностью: много позолоты, блеска, живописи — за счет стильности и художественных образцов церковного искусства.
Наше внимание на улицах обратили на себя извозчики своими женоподобными лицами и пискливыми голосами. Они хорошо говорили по-русски. Это были скопцы, бежавшие из России в Молдавию, потому что наш закон преследовал скопцов, как вредную для государства секту.
По возвращении во дворец мы пили у митрополита чай. В числе присутствующих находился архимандрит Гурий (в настоящее время митрополит Бессарабский). Родом из Бессарабии, он окончил Кишиневскую семинарию; высшее образование получил в Киевской Духовной Академии. Посвятив себя в монашеском сане учебно-педагогической деятельности, он на этом поприще не преуспел и был отправлен в монастырь; в последние годы он стал настоятелем одного монастыря в Смоленске.
Во время беседы за чаем он стал выражать свои румынские националистические чувства.
— Как я счастлив, владыка! — сказал он, обращаясь к митрополиту. — Мечта моей жизни осуществилась, — Бессарабия вошла в состав Румынии… Как это хорошо! Как приятно!..
По отношению к нам, русским епископам, эти слова были бестактны. Мы промолчали…
Свободное копирование
