3 января 1958 года.
Школа была для нас тем центром, возле которого протекала почти вся наша ученическая, детская жизнь. Здесь мы учились, здесь мы и играли. Ученики, что жили не в большом отдалении от училища, после приготовления уроков и окончания своих домашних дел, которые они делали в помощь родителям, приходили к школе, особенно в весенне-летнее время. Здесь мы упражнялись на гимнастике (в школе была хорошо оборудована гимнастика), здесь играли и в прятки, и в козны, и в чижика. Расходились уже в поздних сумерках. Иногда мы уходили встречать вечернее стадо в противоположный конец села, за околицу. Там собиралась большая группа: играли в горелки, в лапту.
Первые годы я очень скучал о Спасском, о бабушке и тёте. Бывало, заберусь на гимнастику и долго смотрю в синеющую гряду Заволжских гор: там лежало Спасское. И какое чувство нетерпения испытывал я, когда по окончанию учения мне разрешили папа и мама поехать в Спасское. Помню, с каким нетерпеливым чувством я ехал с попутчиками туда. Степная ровная дорога, благоуханный воздух от степной травы, постепенно приближающиеся синеющие волжские горы. И вот я снова в милом Спасском, где всё мне памятно, всё знакомо. А как бабушка и тётя были рады моему приезду!
Школу я окончил за два года. Отец посадил меня во второе отделение, хотя я не знал арифметики. Но быстро выровнялся, догнал товарищей и через два года держал экзамены по окончании училища. Всего нас окончило 19 человек. На экзамен приезжал инспектор народных училищ. На диктовке мы писали текст басни, в которой говорилось, как бык с плугом тащился после трудов, а муха у него сидела на рогах. И только двое из 19 человек сделали по две незначительные ошибки. Вообще экзамены прошли очень хорошо.
Когда устраивались учительские курсы, отец всегда был в числе руководителей курсов. Крестьяне очень уважали и любили отца. Жалованье, как я уже упоминал, было очень небольшое. И вот крестьяне предложили отцу: «Димитрий Фёдорович, тебе нужно поддержаться посевом. Мы тебе спашем десятинку. И посеем, и уберём». И действительно, так и было. Бывало, отец пойдёт посмотреть посев, а он был не близко. Возьмёт и меня. У него была дубовая палка. Ходил он очень быстро, мне приходилось трусить за ним. Я с вожделением смотрю, когда папа сядет покурить. И пока он курит, я с удовольствием сижу, отдыхаю. И нагулявшись, надышавшись целительного воздуха степи, утомлённый, возвращаюсь домой. Эти походы я любил.