1995 год оказался для меня памятным еще одним ярким воспоминанием, связанным с исполнением произведений духовной музыки. Весной я получила приглашение из Петербурга участвовать в пасхальном фестивале — я должна была выступить в двух благотворительных концертах. Один из них проходил в очень красивом зале Мариинского дворца, где вместе со мной выступали приехавшие из Москвы молодые певцы, которых я представляла петербургской публике. Второй концерт был для меня особенно знаменательным, так как он проходил 9 мая, в день, когда все мы отмечали еще один великий праздник — 50-летие Победы. И пела я в необычном для себя месте — в огромном Казанском соборе, этом храме русской воинской славы. Устроители концерта нашли очень интересное режиссерское решение — я должна была стоять в центре собора, как раз под куполом, а по сторонам этой круглой площадки расположились четыре хора. По мере того как каждый хор заканчивал свой номер, а потом наступала моя очередь петь с ним, я поворачивалась к нему. Все было очень торжественно, красиво — и величественный собор с его особой акустикой, и прекрасная духовная музыка, и огромное число слушателей, пришедших на этот концерт…
Через месяц, в июне, меня снова пригласили в Петербург — на этот раз спеть на празднике открытия летнего сезона в «столице фонтанов» Петергофе. И снова мне привелось выступать среди удивительной красоты (в этом прекрасном городе иначе и не может быть) — концерт проходил в великолепном Тронном зале Большого Петергофского дворца. Залитый светом, льющимся из расположенных в два яруса огромных окон, а по вечерам весь в ярких огнях огромных хрустальных люстр с «аметистовыми» подвесками, зал поражает своим великолепием и торжественностью. Обилие белоснежной лепки, портреты русских царей и императоров, живописные полотна, алые пятна драпировок на окнах, обивка трона — все создавало особо приподнятое настроение. На праздник открытия были приглашены многие потомки старых русских дворянских фамилий, еще живущие в северной столице.
Стояли знаменитые «белые ночи», мы дождались двенадцати часов, когда включили знаменитые фонтаны и заиграли изумительные цвета подсветки. Артисты балета в костюмах прошлых веков спускались от дворца по лестницам в Нижний парк под шум фонтанов Большого каскада. Красота была несказанная. Но наш восторг от всего виденного омрачали буквально тучи комаров, от которых мы отбивались как могли… Все-таки нет на земле полного счастья…
Русскую духовную музыку, которую почти не знают в Европе, я исполняла и в других странах, в основном там, где живут православные христиане. С мужским хором Издательского отдела Московской Патриархии мы ездили по Югославии, посетили несколько городов, в том числе и Белград, где выступали в зале столичного университета. Помню, как к нам подходили после концертов слушатели и говорили, что теперь, после того как они услышали в исполнении артистов из Москвы церковную музыку, так долго бывшую под запретом, они поверили, что в России действительно происходят значительные изменения. Хотя из газет они узнавали о ходе нашей «перестройки», но не слишком-то верили, что в жизни нашей страны могут произойти заметные сдвиги к лучшему.
Буквально через несколько недель после тех гастролей я снова приехала в Югославию, чтобы участвовать в рождественских концертах. С нашим замечательным органистом Олегом Янченко мы исполняли русскую духовную музыку не только в концертных залах, но и в соборах. Обе эти мои поездки в Югославию состоялись незадолго перед теми трагическими событиями, которые истерзали эту несчастную землю.
Свободное копирование
