Река времени - 325

Вскоре, после окончания работы Третьего Съезда народных депутатов СССР меня вызвал к себе заместитель начальника училища по МО Козлов. В кабинете его присутствовал мичман Минин, про которого я знал, что он из ведомства Козлова.

Оказывается решением жилищной комиссии мичману Минину, для семьи из пяти человек, предоставляли трехкомнатную квартиру, а его комнату Козлов рассчитывает отдать мне.

Минин уже ордер получил, но из старой комнаты сможет выехать только через неделю. За это время я должен определиться, согласен ли я на вселение в эту комнату. А после получения ключей от Минина - оформить передачу комнаты на себя в комитете по распределению жилплощади Московского райисполкома.

 Там знают, что комната числится за «Дзержинкой» и, по разрешению, выданному училищем, оформят необходимые правоустанавливающие документы.

В этот же день, сразу после работы, созвонившись с Мининым, поехал смотреть комнату. Адрес для меня знакомый, Кузнецовская улица 44. Это первый в городе двенадцатиэтажный крупноблочный дом, рядом с Парком Победы, построенный в 1957 году по проекту архитектора Б. Н. Журавлёва.

 Для меня дом приметный ещё тем, что прямо через улицу, за оградой парка, находился родильный дом, в котором появились на свет мои дети.

Двадцатиметровая комната в трехкомнатной квартире с еще одним хозяином меня устраивала, так как обещала возможность простого обмена с привлечением нашей квартиры на ул. Фрунзе.

Но и на этот раз меня ждало разочарование. Когда, через полторы недели я, получив ключи от Минина и разрешение на вселение от училища, пришел оформлять документы в комиссию по распределению жилплощади Московского райисполкома, узнал, что ордер на вселение отдан другому, и он уже вселился.

Попытки что-либо выяснить, ни к чему не привели, кроме подтверждения, что выданный ордер имеет все необходимые подписи и печати. А почему произошла такая накладка, и чья тут вина мне в отделе по распределению жилплощади сказать не смогли.

На следующий день начал выяснять проблему у Козлова. Тот позвонил начальнику политического отдела капитану 1 ранга Мастрюкову и при мне доложил, что Отдел по распределению жилья училище «кинул». Передал комнату, закреплённую за училищем, и предназначенную капитану 1 ранга Бахареву постороннему лицу, не имеющему отношения к училищу.

Выслушав ответ, от которого подрагивала телефонная трубка, Козлов сказал мне: «Юрий Иванович, к 11 часам подойдите к кабинету Мастрюкова. Он обещал съездить с Вами в Исполком Московского района, и как депутат постараться разобраться в этом вопросе».

«Что ж, спасибо и на этом! Обратите внимание, что ни от одного из тёх предложенных мне вариантов я не отказывался», - сказал я, выходя от Козлова.

В 11 часов, как мне было назначено, я постучал в дверь начальника политического отдела. Капитан 1 ранга Мастрюков, высокий, подтянутый мужчина с ухватками строевого начальника, не упускающего шанса лишний раз сделать внушение подчинённому, похоже, меня ожидал, так как был уже в шинели.

Начальником политотдела он назначен к нам сравнительно недавно. Первое время, демонстрировал гонор несколько больший, чем ждут от политработника такого ранга, но за последние полгода стал мягче и демократичнее.

И вот сейчас, в поездку со мной, не потребовал от дежурного по училищу причитающуюся ему по рангу служебную волгу, а направился к конечной остановке троллейбуса, в начале улицы Дзержинского.

В дороге был со мной довольно любезен. И пока я, по его просьбе, рассказывал о своих «приключениях» в попытке получить жильё, он сочувственно поддерживал разговор.

Троллейбус подвез нас к зданию Московского райсовета. Это одно из самых интересных в архитектурном смысле общественных сооружений района. Здание построено в 1930–1935 гг. по проекту архитектора И.И. Фомина. Форма здания своеобразна и подчеркнуто ассиметрична.

Величественный цилиндр доминирующей части главного объема, увенчан короной из обелисков, вызывая ассоциации с римским Колизеем. Протяженный горизонтальный корпус Дома Советов, отодвинут в глубь участка, контрастирует с цилиндром и как бы вырастает из него.

 Внутренний двор цилиндрической части был перекрыт большим стеклянным фонарем в форме конуса. В этом здании функциональность сочетается с оригинальностью образного решения. Кроме пяти надземных этажей с круговыми коридорами есть еще полуподземный этаж с техническими помещениями.

Оставив шинели в гардеробной, находящейся в полуподвальном помещении круглого здания Московского исполкома, пошли по кабинетам. Начали с начальника отдела по распределению жилплощади. Попросив меня подождать, Мастрюков зашел в кабинет начальника один. Был там не более 10 минут и, выглянув из кабинета, пригласил меня зайти.

Хозяин кабинета сказал, что он помнит моё вчерашнее посещение, но ни чего нового сказать не может. Отдать ту комнату ему велел по телефону заместитель председателя райисполкома. Все бумаги были оформлены верно. И он может только извиниться за случившуюся накладку. За разъяснением, порекомендовал обратиться к заместителю председателя, отдавшего распоряжение.

По такой же процедуре прошли кабинет заместителя председателя, так как заместитель сослался на распоряжение председателя исполкома. После разговора с Мастрюковым на повышенных тонах, заместитель позвонил секретарше председателя исполкома и попросил её записать нас на прием на 15 часов.

До назначенного времени было еще больше часа, и мы зашли пообедать в столовую, находящуюся на первом этаже здания. Побегав по кабинетам чиновников, мы беседовали уже почти как коллеги. Я завел разговор о прошедшем в Москве Третьем съезде народных депутатов СССР.

Он мне, с доверительными нотками в голосе, сказал, что по сведениям, исходящим от депутатов съезда, единства в рядах партии не наблюдалось.Значительная часть депутатов, считают, что в основу нашей экономики должен быть положен не план, а рынок. Некоторые члены Политбюро уже в открытую называли Горбачёва «предателем, развалившим страну и социалистическое содружество».

Когда мы подошли к приемной председателя исполкома, его ещё на месте не было. Зато, прибыв ровно в 15 часов, он сразу нас принял. Похоже, что его заместитель или начальник отдела по распределению жилплощади его о нашем визите предупредил.

Он извинился, сказал, что по форс-мажорным обстоятельствам пришлось отдать мою комнату другому человеку, но он, со всей ответственностью, заявляет, что первая приличная комната, будет моей.

Я решился оговорить критерий «приличности»: - в «сталинском» доме, - не менее 20 квадратных метров, - в малонаселенной квартире, - в районе Парка Победы.

 Председатель сказал, что, гарантировать одновременное сочетание таких требований в течение месяца он не может, но и ждать более года не придется. Я сказал, что готов на таких условиях подождать и меня отпустили. Начальник политотдела остался в кабинете продолжать беседу.