Четверг, 25 мая 1916 г.
Сегодня утром заседание совета министров. Ввиду участившихся жалоб на питание войск Тьерри принял, по предложению совета министров и по моему настоянию, ряд мер, [474] как-то: увеличение рациона сахара и кофе, отмена платы за паек и т. д.
По просьбе генерала Жоффра ему разрешено возобновить воздушную бомбардировку немецких городов в виде репрессии за бомбардировку наших прифронтовых городов. Совет национальной обороны потребовал в свое время, чтобы мы отказались от этих воздушных бомбардировок; он полагал, что таким образом мы избежим рейдов неприятельских аэропланов на Париж. Но участившиеся воздушные бомбардировки Дюнкирхена, Эпиналя, Нанси, Люневилля, Бельфора и др. побудили правительство согласиться с предложением главнокомандующего.
Бюджетная комиссия палаты единогласно отвергла увеличение вдвое прямых налогов, предложенное Рибо, и предложила министру финансов поторопить сенат с обсуждением проекта подоходного налога, находящегося на рассмотрении сената уже в течение семи лет. Между тем сегодня по предложению Рибо в сенате назначено обсуждение вопроса о военных прибылях, и министр уже просил сенат вернуться к рассмотрению вопроса о подоходном налоге. Таким образом, предложение, сделанное министру бюджетной комиссией, было излишним и свидетельствует лишь о недоброжелательном отношении.
Помимо этого комиссия, видно, имеет заднюю мысль вотировать бюджет только на один месяц вместо трех. Рибо говорит, что не потерпит этого выражения недоверия, и совет министров соглашается с ним.
Новая дискуссия о закрытом заседании. Мальви и Самба считают, что можно столковаться с фракциями об отсрочке его и установлении повестки дня. По словам Самба, его социалистические друзья опасаются образования министерства Барту.
Пенлеве утверждает, что сенатская комиссия по переводу часовой стрелки на летнее время уже менее враждебно относится к этому проекту, но под влиянием Думера продолжает тянуть дело. Лоз говорит мне, что Шарль Эмбер помирился с Летеллье, завтракал у него и при этом оклеветал его, Доза, заявив, что он якобы положил себе в карман 25 [475] тысяч франков, которые ему поручено было каким-то образом употребить в процессе "Matin". Лоз обратился за советом к Морису Бенару, который ответил ему: "Здесь нет факта диффамации, так как отсутствует момент публичности". Но Лоз не доверяет Эмберу и очень опасается его, так как считает Эмбера способным на все.
Густав Эрве говорит мне о колебаниях англичан в Салониках и об ошибках, допущенных под Верденом. Он считает желательным добиться от России новых заявлений относительно автономии Польши, причем союзники должны опубликовать их для общего сведения. Я указываю ему на трудности начать теперь официальные переговоры об этом с Россией.
На заседании совета министров Бриан сообщил нам, что генерал Петен просил у него свидания. Боюсь, как бы ему не дали все, чего он требует. Этого опасаются также Фрейсине и большинство министров. Только Думерг упорствует в своем слепом и неизменном доверии. Решено, что военный министр и Бриан в ближайшее время расспросят Петена.
Вечером Пенелон говорил мне, что хотя Петену ни в чем не отказывают, он все время жалуется, говорит, что счастлив, что не он, а Нивелль командует теперь под Верденом, и т. д. Я ответил ему несколько раздраженно, что главная квартира все время держится своей абстрактной и менторской линии, не считается с действительностью и -- увы! -- слишком хорошо показала, что одним отрицанием фактов еще нельзя сохранить их. Пенелон считает статью Тардье в "Petit Parisien" ребяческой. Это похоже на желание подготовишки возражать академику. Эти господа ничего не смыслят в военном деле... Отказ от программы, принятой в Шантильи, будет на руку немцам, которые только и желают помешать нам перейти в наступление, и т. п.
Свободное копирование
