27 января в собрании рассматривался вопрос о выдаче из средств губернского земства приплат старообрядческим законоучителям, наравне с православными законоучителями. Этот вопрос, как один из принципиальных, возбудил страстные дебаты, продолжавшиеся более двух часов. Вопрос этот возбужден был Богородским уездным земским собранием еще два года тому назад и передан был на рассмотрение губернской управы и комиссии по народному образованию, которые и предложили собранию ходатайство богородского земства отклонить. Много было разговоров о веротерпимости, говорили, что, если собрание откажет в выдаче дополнительного вознаграждения старообрядческим законоучителям, то этим самым возбудит антагонизм между старообрядческим и православным населением. Особенно горячо защищал ходатайство богородского земства гласный этого уезда Г. С. Ламакин.
Председатель собрания А. Д. Самарин доказывал, что совещание не идет вразрез с указом 17 апреля. Веротерпимость, по его словам, одно, а содействие к распространению старообрядческого вероучения — другое. Земство, как учреждение государственно-общественное, должно оказывать содействие господствующей религии — православной. Если оказывать помощь старообрядческим вероучителям, то нужно ее оказывать и законоучителям других толков и согласий, которых так много, что иногда в одной семье существует несколько толков. "Затем, — прибавил Самарин, — кто будет контролировать знания по закону Божьему старообрядческих детей?" Н. Ф. Рихтер, присоединяясь к мнению Самарина, говорил, что дети старообрядцев хорошо изучают закон Божий и у православных священников, а обучаясь у своих священников мало успевают в нем.
В заключение дебатов собрание огромным большинством не согласилось с управой и признало, чтобы дополнительное вознаграждение из средств губернского земства выдавалось старообрядческим учителям так же, как и законоучителям православным, и чтобы они приглашались в земские школы на общих основаниях с преподавателями других предметов (т. е. подлежали бы контролю училищного совета и инспектора).