30 сентября проездом с востока прибыл принц Генрих Баварский. Это был еще молодой человек, племянник баварского короля, очень симпатичный, воспитанный и скромный. В России он был первый раз и ко всему проявлял большой интерес. За обедом, который я дал в его честь, он на всех произвел очень хорошее впечатление. После обеда, разговорившись с ним, я понял, что ему бы очень хотелось посмотреть что-нибудь необычное, помимо достопримечательностей. Подумав, я ему предложил, не желает ли он посетить одну из московских тюрем, а именно Бутырскую, чтоб ознакомиться, как у нас содержатся каторжане. Он страшно обрадовался, и я с ним условился, что на другой день я заеду за ним, и мы отправимся вместе, причем я решил не предупреждать об этом ни тюремного инспектора, ни начальника тюрьмы. Мы и приехали с ним в тюрьму, совершенно для тюремного начальства неожиданно, в сопровождении его адъютанта и чиновника особых моих поручений.
Принц и его адъютант были в статском, почему тюремное начальство и не подозревало, кто это. Мы обошли почти всю тюрьму, обратив главное внимание на каторжное отделение вообще и на бессрочно-каторжных в частности. Я давал объяснения принцу на немецком языке, его интересовали все малейшие детали. Большое впечатление произвело на него, как каторжане стройно и бодро отвечали на мое приветствие. Я провел его в мастерские, где он дольше всего задержался в художественной мастерской, где большей частью работали политические каторжане, и среди коих в то время был профессор Минор из Варшавы, впоследствии, во времена Керенского он был городским головой. Ему принц сказал несколько слов на английском языке. Я сознавал, что посещением бессрочных каторжан я поступаю несколько рискованно, но такими смелыми приемами и посещениями я всегда считал, что возбуждаю в каторжанах доверие. Думаю, что в этом предположении я не ошибался. Принц очень остался доволен и не знал, как выразить всю свою признательность. Уезжая из тюрьмы, я открыл его инкогнито и представил ему все тюремное начальство уже как принцу.
Вскоре после этого я получил от министра юстиции письмо, в коем он выражал удовольствие, что при посещении тюрьмы принцем Баварским все обошлось благополучно, заметив все же, что такие рискованные предприятия с иностранцами не могут быть признаны желательными.
Свободное копирование
