авторов

1453
 

событий

198050
Регистрация Забыли пароль?

Отец - 3

03.11.1945
Москва, Московская, Россия

Не могу не сделать маленькое отступление. Политика Советской власти, реализовавшая перечисленные выше задачи, привела к вымиранию целых народов и деградации их жалких остатков. Разрушение многовекового жизненного уклада, попытки коллективизации там, где это совершенно недопустимо, ибо маршруты и коридоры осенне-весенней миграции олених стад рассчитаны на определенное их поголовье, кстати, и длина маршрутов определяется кормовыми возможностями, а нахождение стад в лесотундре в летнее время невозможно из-за обилия гнуса. Та же чушь с продвижением сельского хозяйства в районы вечной мерзлоты. Северная природа чрезвычайно хрупкий живой организм, грубое вмешательство приводит к гибели громадных площадей, на восстановление которых уйдут столетия. Начиная с ранней весны, когда и снег еще не весь сошел, отец уходил в маршруты, протяженностью до 2000 км. Шли вдвоем с переводчиком, проводники были бесполезны, т.к. местные жители (чукчи и ламуты) знали лишь узкие коридоры, по которым перегоняют стада весной и осенью. Как правило, на юг шли пешком с грузом на весь маршрут весом по 3 пуда слишним. Возвращались, используя реки на плотах. И во всех таких походах отец неизменно был в шляпе и галстуке. Естественно, что эти атрибуты интеллигентности вид в тундре и тайге приобретали совершенно непотребный, но по-моему, отец без галстука чувствовал себя так же, как и без штанов.

 

Странички дневника отца.

"Начался большой подъем воды, река постепенно запружается несущимися корягами и лесом, оторванным от берега. Много сил и внимания требуется на то, чтобы вести плот и проскакивать мимо этих громад. То и дело на наших глазах происходили обвалы подмытых водой берегов, отделялись громады земли с целыми группами деревьев. Спасаясь от затопленного, торчащего из воды леса, мы попали в полосу течения, проходившую близко от "холуя" (древесные нагромождения), из последнего поперек реки выставлялось громадное бревно в метре от воды. Передняя часть плота благополучно проскочила, но зад занесло течением и я был слизан бревном с плота, в последний момент обхватив его руками. Мелькает мысль: спички вымокли, плот унесет, Мухин один с ним не справится и, не умея плавать погибнет. Отпускаю руки и плыву за плотом, шляпа с накомарником плывет быстрее (прощай туркменская шляпа!). Только бы не свела судорога ног, так как вода очень холодная. Наконец нагоняю плот, хватаюсь за заднее весло, отдыхаю. Не успел взобраться на плот и немного обтечь, как, вывернувшись за угол, мы снова попадаем в беду. На этот раз нам не удалось спасти плот, его моментально с силой бросило на "холуй", выскочив из воды почти наполовину, он стал медленно соскальзывать, углубляясь вниз. Мы только успели сбросить свои мешки и выскочили сами, как он здесь же погрузился ребром вниз и был завален бревнами. Топоры, веревки, карабин стали достоянием Олоя, а мы очутились на "осередыше" (безлесный намытый островок посередине реки). Заметили, что вода продолжает прибывать, выбрали самое высокое место, перенесли вещи и завалились спать, четвертый день голодовки давал себя знать. Утро принесло мало утешительного, почти весь островок был залит водой и она все прибывала. Остался последний выход - разорвать белье и мешки и при помощи связанных из них жгутов сплотить небольшой плот. Оставалось подыскать пять-шесть сухих бревен и подтащить их к воде. Но Мухин до того ослабел, что сказал, чтобы я оставил его на острове умирать, а сам переплыл на берег и шел пешком. Пришлось пошуметь на Мухина, чтобы вывести его из апатичного состояния, так как я его мнения не разделял и умирать не собирался. К середине дня плот из пяти бревен был готов. Благополучно миновав небольшой перекат, мы вынеслись на форватер реки и с большой скоростью стали двигаться вперед. Проехав не больше часа, мы наконец увидели яранги на правом берегу. Мы начали шуметь, махать красным флажком и наконец привлекли внимание ламутов. С трудом подгребли к островку, с которого не без трудностей нас переправили на берег. Итак мы в доме под крышей и с голоду не умерли. Три дня абсолютного отдыха были лучшей наградой за тяжелый путь по Олою."

Это был один из эпизодов в работе отца на Крайнем севере, а подобных ситуаций было немало. Надо и самому побывать в подобных переделках, чтобы понять что именно скрывается за скупыми строчками дневника. В те времена наша Чукотка ничем не отличалась от Аляски прошлого века - столь же дики были места и встретить медведя было гораздо легче чем человека. В своих записках, где отец дает советы туристам и путешественникам в условиях Крайнего севера, есть такие пункты:

1) Никогда не оставляй в беде своего товарища - нет прощения тому, кто ради своего спасения оставил без помощи своего товарища;

2) никогда не отказывай в помощи встречным людям, пригласи к костру и провожая поделись последним, - помни - дорога помощь в тяжелый момент;

3) не уходи из охотничей избушки, где ты нашел дрова, спички, сухую рыбу и приют без того, чтобы не пополнить запасов, оставленных твоим предшественником;

4) помни, что на севере есть обычай : все, что занес в чум и кушаешь сам, то должны кушать все, кто бы ни был в чуме, если у тебя продуктов недостаточно, чтобы поделиться с другими, лучше не заноси в чум, раз ты не кушаешь сам, значит запасы у тебя ограничены, а путь еще долог - только так тебя и поймут;

5) лучше не обещай и не давай слова, если дал слово - выполняй, не выполнивший своего обещания или не сдержавший слова лишается доверия в глазах местного населения и становится <плохим человеком>. И это не только советы, это тот кодекс, которому следовал отец всю жизнь. Много утекло воды с тех пор, кардинально изменились условия жизни, другими стали понятия о порядочности, добре и зле, джеклондоновские герои вызывают у теперешней молодежи лишь снисходительную усмешку. Но для нас, представителей уходящего поколения, та жизнь, которую прожил мой отец всегда являлась примером для подражания и, надеюсь, мне удалось следовать его советам.

 

 

 

"Начало Великой отечественной войны застает меня в городе Нарьян-Маре Ненецкого национального округа. Здесь без отрыва от производства я прохожу военную подготовку, после чего меня мобилизуют в РККА, но к моменту отправки моего батальона на фронт приходит распоряжение, по которому Военкомат направляет меня обратно в экспедицию, освобождая меня от воинской обязанности как инженера с высшим образованием, работающего по специальности и имеющего возраст свыше 40 лет. С начала и до конца Великой отечественной войны я находился в арктических экспедициях. Первая моя жена Вакар Нина Сергеевна вместе со старшим сыном Кириллом, рождения 1927 года, находились в Москве. В 1945 году первая жена умерла в Москве. Вторая моя жена Вакар Галина Вячеславовна до 1942 года была в г.Ленинграде, в блокаду в середине 1942 года выехала в Тамбовскую область, где жили ее мать и сестра - отсюда никто из семьи моего отца и моей в плену и оккупации не был и связи с заграницей не имели.

Отец, мать и сестра умерли в Ленинграде во время блокады в зиму 1941-1942 года.

"03.12.43. Милый и дорогой Кирюшок! Крепко целую и поздравляю тебя с днем твоего рождения. Не успели и оглянуться, как тебе исполнилось 16 лет и ты стал уже взрослым мальчиком. Недостаток воспитания единственных детей в семье сказался и в тебе. Ты вырос очень замкнутым и не общительным малым, что я считаю в тебе самым крупным недостатком при наличии таких хороших качеств, какими ты по моему мнению обладаешь ( добротой, отсутствием скупости, способностью увлекаться работой, любовью к родителям и т.п.), указанный мной твой недостаток ты легко можешь изжить, если попробуешь ближе приглядеться к окружающим тебя людям. Не верь первому впечатлению, которое производит на тебя новый твой товарищ по работе или встреченный тобой в обществе других твоих товарищей, а постарайся понять, что именно в нем ты нашел нехорошего и чем объяснить этот существующий в нем недостаток. Поменьше слушай оценку людей, больше старайся сам их оценивать. Выбирай спутников в своей жизни таких, которые были бы для тебя интересны не только как объекты, признающие твой авторитет, но и таких, от которых и ты мог бы почерпнуть много полезного в той жизни, на путь которой ты сейчас выходишь. Помни, что помимо развития каждому человеку дан природный ум, который скрывается подчас под не привлекательной внешностью. Всегда уважай в человеке прежде всего человека - человек, каков бы он ни был, прежде всего человек, с которым можно, а подчас и должно найти общий язык. Общение с людьми, умение держать себя с достоинством в любых слоях общества - это великое дело, а достойным любого общества ты будешь тогда, когда сумеешь дать должную оценку людям в любой общественной среде и сумеешь уважать и ценить их труд. Лучше знать людей, их любить и понимать, чем жить среди них и быть все время одному."

В последнюю экспедицию в 1944 году отец уехал уже с новой женой.

"Работа в Ямальской экспедиции в 1945 году прерывается мной в связи со смертью моей первой жены, так как в Москве остается несовершеннолетний сын. По приезде в Москву я вновь возвращаюсь к работе по составлению генпланов совхозцентров. Поступив в Моссельпроект я вскоре из за сокращения объема работ перевожусь в Винпромпроект - Гипроспиртвино, где и работаю с апреля 1946 года в должности группового инженера."

 

На этом автобиография, написанная отцом кончается, дата отсутствует. Работал отец до своего выхода на пенсию в 1960 году. Как и всю свою жизнь, проводил отец эти годы в командировках. Ему принадлежат проекты таких известных винсовхозов как Цимлянский, Чумай, реконструкция Масандры, Яловены и многие другие. Правда, всегда его подпись стояла где-то внизу: исполнитель...., а выше красовались автографы многочисленного начальства. В этом тоже характер отца добросовестного, очень грамотного, исполнительного работника, главным считавшим дело, приносившее пользу и не думавшего о собственном возвышении, приоритете. В конечном счете такое его отношение сильно отражалось на материальной стороне жизни, которая всегда оставляла желать лучшего.

По возвращении с севера отец съездил в Ленинград, откуда ему удалось привезти кое-что из оставшегося имущества погибших родителей. Частично проданное, оно помогло продержаться в трудные послевоенные годы.

В 1950 году родился сын Андрей . Это была большая радость для семьи отца, для Галины Вячеславовны особенно - ей было уже 40 лет. Перед выходом на пенсию отец принялся за строительство дачи. Ему удалось получить участок под г. Загорском (ныне вновь Сергиев посад) благодаря тому, что когда-то он работал в этом районе. Ему в частности, принадлежит проект загорской птицефабрики. Строительство дачи при очень скудных материальных возможностях, резкое изменение образа жизни подорвали когда-то могучее здоровье отца. Он умер в 1962 году от инфаркта. В день похорон во дворе появились два уже пожилых человека и спросили не здесь ли живет Борис Вакар. Это оказались его друзья по кадетскому корпусу, они нашли отца через 50 лет, но успели лишь на похороны. Многое меж нами осталось недосказанным, недопонятым, в рассказе о своей жизни я еще вернусь к отдельным моментам в жизни отца. И да простит меня Всевышний за те невольные ошибки, которые я совершил по отношению к своему отцу.

Опубликовано 03.12.2022 в 12:54
anticopiright Свободное копирование
Любое использование материалов данного сайта приветствуется. Наши источники - общедоступные ресурсы, а также семейные архивы авторов. Мы считаем, что эти сведения должны быть свободными для чтения и распространения без ограничений. Это честная история от очевидцев, которую надо знать, сохранять и передавать следующим поколениям.
© 2011-2024, Memuarist.com
Idea by Nick Gripishin (rus)
Юридическая информация
Условия размещения рекламы
Поделиться: