6 сентября
Я пишу Беррье: «В конце концов я скрылся сюда, тут мне лучше; но это еще не все; вот что ожидало меня в Шамрозе: человек, у которого я снимал домик, заявил мне тотчас по приезде, что он решил продать его, чтобы я имел это в виду. Тем самым я должен проститься с моими привычками, ибо как бы я ни был неприхотлив, все же надо принять во внимание, что вот уже пятнадцать лет как я приезжаю в эти места, вижу все тех же людей, все те же леса и долины. Как бы вы поступили на моем месте, дорогой кузен? Вы, который вот уже сорок лет как замуровались в своей квартире, вместо того чтобы искать другую? По всей вероятности, вы поступили бы так же, как я, то есть купили бы этот дом, который стоит недорого, и, если сверх продажной цены произвести в нем некоторые переделки, он сможет служить мне скромным приютом, вполне соответствующим моим небольшим средствам. Мне теперь необходимо вернуться через два дня в Париж для работы, которая возьмет у меня целый месяц, и, кроме того, время от времени надо наезжать сюда для наблюдения за теми переделками, о которых я говорил выше.
Пробежав мое письмо, вы, конечно, догадались, дорогой кузен, что я так многоречив именно потому, что не мог вам сообщить ничего приятного, по крайней мере относительно самого себя. Вся эта болтовня по поводу моих мелких хлопот была бы хороша, если бы я мог находиться вместе с вами под тенью садов Ожервиля или на берегах Эсонны. Вы сами видите, что, к сожалению, это невозможно, и, надеюсь, вы верите, что это произошло вопреки моему самому горячему желанию быть у вас».
Свободное копирование
