3 сентября
Я нездоров со вторника: накануне обед у Барбье с Малаховым и его невестой, г-жой Монтихо и др. Весь конец недели я не занимался живописью, а читал Сен-Симона. Повседневные происшествия приобретают под его пером необычайный интерес. Все эти покойники, все эти давным-давно забытые события примиряют отчасти с ничтожествами, среди которых находишься сам.
Прочел также комментарии Ламартина к Илиаде; думаю воспользоваться ими. Это чтение вызывает во мне восхищение всем, что напоминает Гомера, между прочим Шекспиром и Данте. Надо сознаться, что новые писатели (я говорю о Расине, о Вольтере) не достигали таких высот. У них не было этой поразительной непосредственности, которая способна опоэтизировать самые грубые детали, создавая из них подлинную живопись воображения и восхищая нас. Порой кажется, что Вольтеры и Расины считали себя слишком важными персонами, чтобы говорить с нами попросту, по-человечески о нашем поте, о простых потребностях нашей натуры и т.д.
Свободное копирование
