14 июня Владимир Высоцкий прилетел в Баку, чтобы участвовать в натурных съемках фильма «Маленькие трагедии». Только уже не в роли Дон Гуана, а совсем в другой — Мефистофеля. Однако состояние у Высоцкого — хуже некуда. Как мы помним, несколько дней назад он «развязал» в Минске, из-за чего у него там случился припадок и были отменены запланированные концерты. Однако не приехать по вызову Михаила Швейцера он не мог, поскольку уважал этого человека безмерно. Вполне возможно, что в душе Высоцкий надеялся, что ему полегчает. Но, увы, не полегчало. Еще в полете ему стало плохо, и когда он добрался до гостиницы, то упал в кровать и пролежал в ней пластом. Ни о какой съемке в тот день и речи быть не могло, и ее перенесли на следующий день. Но и это не помогло: Высоцкий в назначенное время не поправился. В итоге 15 июня помощник режиссера Голобова срочно выехала в Алтайский край за другим актером на роль Мефистофеля — Кочегаровым. А Высоцкий уехал в Москву.
15 июня Леонид Брежнев отправился в столицу Австрии город Вену, чтобы там провести переговоры с президентом США Джимми Картером и подписать договор ОСВ-2. Вена была выбрана потому, что она была гораздо ближе Вашингтона, и больной Брежнев мог добраться туда, не рискуя своим здоровьем. Едва приехав из аэропорта в резиденцию советского посла, Брежнев захотел осмотреть город. Он сказал: «Я здесь в первый и, может быть, в последний раз и хочу посмотреть город, про который столько слышал». Далее послушаем рассказ одного из работников посольства — сотрудника КГБ Игоря Дамаскина:
«Посол сел в первую машину, Брежнев в свою. А я наблюдал за тем, как они отправлялись. Удивило меня то, что, как только Брежнев сел, его шофер тут же закурил. Все мы, «местные» — сотрудники посольства, — поразились этому. Но «москвичи», приехавшие с генсеком, объяснили, что врачи запретили Леониду Ильичу курить, так он, чтобы хоть понюхать табачный дым, сам заставлял шофера курить.
С послом же получилась накладка. Только он собрался сесть в первую машину, охранники его останавливают и спрашивают: «Вы кто такой?» Тот говорит: «Я посол». — «Ах, вы посол, так ваше место в машине номер двадцать три». — «Так мне же Брежнев приказал дорогу показывать». — «Мы ничего не знаем, нам таких приказов не поступало, а дорогу и без вас найдут».
Ну, посол пожал плечами, сел куда приказано, и вся кавалькада тронулась. В первой машине ехали охранники, которые в Вене тоже были в первый раз, шоферы тоже были московские, сделали они круг по близлежащим улицам, никаких венских «красот» не увидели и вернулись в посольство. Брежнев был страшно разозлен: «Какой ты, к лешему, посол, если не смог настоять на своем и сесть в машину, в которую тебе приказано было!» Но потом другие заботы, а главное — склероз, его отвлекли, и для посла все закончилось благополучно…»
Несколько иначе вспоминает о той прогулке телохранитель Брежнева Владимир Медведев. Вот его рассказ: «Леонид Ильич проехал по улицам Вены, посмотрел город. Стареющий лидер решил, что в Вене, как в Москве, перекроют улицы и повсюду будет зеленый свет. Но оказалось, что в Вене свои правила дорожного движения, свой жизненный распорядок — при поездке по городу главы какого бы то ни было государства улицы не освобождаются от городского транспорта, никто никого не тормозит и не загоняет в переулки. Проехав несколько кварталов и простояв у каждого светофора немало времени, мы решили отказаться от затеи и вернуться в резиденцию. Брежнев покорно согласился…»
Вскоре после этой не самой удачной прогулки Брежнев был приглашен в резиденцию президента Австрийской Республики, чтобы там встретиться с Картером. Встреча была короткой: каждый из глав государств выступил перед собравшимися с небольшим приветствием. Причем если Картер сказал свою речь без бумажки, то Брежнев этого сделать не сумел и достал шпаргалку. После встречи Картер пригласил советского лидера провести этот вечер вместе — сходить в театр, где давали оперу Моцарта «Похищение из сераля». Брежнев поначалу отказался, но потом все же внял просьбам Картера. Но то ли опера не понравилась генсеку, то ли чувствовал он себя неважно, только Брежнев высидел всего лишь одно отделение, после чего удалился отдыхать.
Свободное копирование
