В Москве продолжается чемпионат мира и Европы по хоккею с шайбой. 17 апреля соперником нашей сборной стала команда Швеции. Дворец спорта в Лужниках был заполнен до отказа, и люди, пришедшие на матч, рассчитывали увидеть захватывающую игру двух соперников, каждый поединок которых практически всегда отличала борьба до последнего. Увы, на этот раз никакой интриги не получилось. Советские хоккеисты оказались наголову сильнее своих соперников и уже к началу третьего периода вели со счетом 6:1. Между тем та игра имела одну особенность: восьмую шайбу в ворота шведов (из девяти) забил наш нападающий Александр Якушев. Эка невидаль, скажет читатель. И будет не прав. Дело в том, что за последние полтора года это была первая шайба Якушева, забитая им в официальных матчах за национальную сборную (в последний раз он отличился в играх на приз газеты «Руде право» в сентябре 1977 года). После того турнира Якушева перестали приглашать в сборную, и многие специалисты поспешили списать его со счетов. Однако знаменитый суперфорвард нашел в себе силы вернуться в сборную и заиграл, если и не с прежним блеском, то, во всяком случае, не хуже остальных ветеранов. Тем более что на нынешнем чемпионате «Як-15» (так прозвали Якушева канадцы) играл не в своем привычном спартаковском звене — Шадрин — Якушев — Шалимов, а рядом с Иреком Гимаевым и Александром Лебедевым. Забегая вперед, сообщу, что шведская сборная станет для Якушева самой «удобной»: в повторном матче с ними он забьет еще две шайбы.
А теперь перенесемся в Сочи, где в те дни режиссер Евгений Татарский работает над вольной экранизацией произведений Роберта Льюиса Стивенсона «Приключения принца Флоризеля» (съемки там начались 10 апреля). Снимались эпизоды в оранжерее, принадлежащей принцу Баккардии Флоризелю (Олег Даль). Вот как об этом вспоминает жена актера Елизавета Даль:
«Экспедиция. Сочи. Море. Солнце. Все в приятной расслабленности — покупаться, позагорать. Съемки в ботаническом саду — павлины, цветы — все дивно красиво. Я пришла на съемку на второй день — там странная обстановка. Все дерганые, все нервничают. Меня отводит в сторону режиссер Е. Татарский: «Лиза, Олег там, в автобусе, что-то капризничает — посмотри, что можно сделать». Вхожу в автобус. Олег сидит серый. Сделать ничего нельзя. Спрашивать тоже нельзя. Сам возвращается на площадку, и все делается ясным: костюм спереди на булавке, сзади горбится. И это принц Флоризель, о котором говорят, что он самый элегантный человек в Европе. Олег пытается объяснить: костюм должен быть таким, чтобы, посмотрев по телевизору, завтра же взяли эту моду. Такого принца не было, эпоха неизвестна. Фантазируй сколько хочешь. Вместо этого все из подбора, старые, пыльные, «играные» вещи, не всегда по размеру. На помощь пришла Б. Маневич, художник-постановщик «Ленфильма», много работавшая с Олегом. Она показала фактуру Олега, освобождая ее от затиснутости в неуклюжие, неинтересные и громоздкие вещи. Успокоившись, Олег начинал шутить: «Вы что же хотите, чтобы я принца играл или Жоржика из Одессы?..»
Свободное копирование
