В Москве вот уже несколько дней (с 29 июля) находится съемочная группа фильма «Место встречи изменить нельзя», которая прибыла в столицу для нескольких целей: во-первых, показать отснятый материал заказчику в лице Гостелерадио, во-вторых — провести съемку натурных эпизодов в Москве. Просмотр отснятого материала состоялся в просмотровом зале в Останкино и завершился… грандиозным скандалом. Присутствовавшие там авторы сценария — братья Вайнеры — назвали эпизоды с участием Владимира Конкина, который играл Шарапова, полной лажей и потребовали немедленно заменить актера на другого исполнителя. «Мы же вас предупреждали, что Конкин не годится для этой роли! — бушевали сценаристы. — У вас он похож на кого угодно, но только не на кадрового разведчика. Это мальчишка какой-то, а не фронтовой офицер!» Но все упреки сценаристов были напрасны: к этому времени было уже отснято большое количество материала, и замена главного исполнителя потребовала бы новых значительных затрат как материальных, так и физических. А идти на это заказчик явно не хотел. В итоге Говорухину было рекомендовано оставить Конкина, но провести с ним разъяснительную работу, с тем чтобы тот играл своего героя чуть пожестче.
Тем временем на Кубе проходит очередной, 11-й по счету, Всемирный фестиваль молодежи и студентов (с 29 июля). От Советского Союза туда отправилась представительная делегация в лице Микаэла Таривердиева, Иосифа Кобзона, Марка Захарова, Александры Пахмутовой, Роберта Рождественского, Льва Лещенко, Владимира Винокура, Николая Мащенко, Ирины Понаровской, Светланы Резановой, Александра Ворошило, Владимира Шаинского, ВИА «Пламя» в полном составе и других. Приведу воспоминания лишь некоторых из них.
В. Винокур: «Целую неделю мы жили на Кубе. Фестиваль был потрясающе ярким, красочным. Мы жили в бунгало, ели какую-то необыкновенную еду. Пили ром. Я сначала сопротивлялся, мы не привыкли к этому напитку. Кубинцы научили. Оказалось, что в жару ром пьется, как «Крем-сода». Куба была нищая страна, еда по талонам. Но на нас это не отразилось.
Я слышал еще до поездки, что на Кубе — очень красивые женщины. Почему-то я ни одной не видел.
«Может, нас не теми дорогами возят?» — подумал я и решил выяснить, в чем дело.
Оказывается, перед нашим приездом Фидель Кастро собрал на стадионе всех девушек и сказал, что, если он узнает, что во время фестиваля кто-то занимается проституцией, отправит в тюрьму на пять лет. Профессиональных проституток власти Кубы вывезли в провинцию, а остальных девушек прятали по домам и не разрешали выходить на улицу…»
М. Таривердиев: «Меня боялись отпускать на фестиваль молодежи и студентов. Борис Пастухов поставил условия: я поеду, если врачи дадут мне медицинскую справку о том, что мне это можно. Я очень хотел поехать. И пошел в районную поликлинику, где понятия не имели, что я перенес инфаркт, и дали мне такую справку. Я полетел. Помню ощущение, с каким я вышел из самолета. Жара стояла такая — градусов пятьдесят, — что в первый момент нельзя было вдохнуть этот горячий влажный воздух. Но я довольно быстро акклиматизировался и замечательно провел время. Хотя началось все с довольно неприятного для меня момента: Кобзон должен был петь на открытии фестиваля песни из «Семнадцати мгновений весны», но в последний момент передумал и спел какую-то песню о Че Геваре, упав перед портретом на коленки. Я был раздосадован. Но потом плюнул на это и наслаждался океаном, небом, кубинской экзотикой, которая меня просто покорила. На Кубе только что прошли «Семнадцать мгновений весны», и меня принимали просто как национального героя. Возили в машине в сопровождении мотоциклистов. Это было ужасно забавно: мчались без остановки на огромной скорости прямо на красный свет…
Однажды с Марком Захаровым и Колей Мащенко, режиссером из Киева (он снял сериал «Как закалялась сталь». — Ф. Р.), нас повезли отдохнуть в Варадеро. Потрясающее место! Черный песок, океан, который, как и море, волновал меня всегда бесконечно. Жили мы в коттеджах, каждый — в своем. Там водились огромные белые лягушки. Как-то слышим нечеловеческий вопль Коли Мащенко. Прибегаем к нему. А он, бедный, пошел в туалет, сел, прошу прощения, на унитаз, а ему на место, которым он сел, прилепилась эта огромная белая лягушка. Нам было смешно ужасно! Ему, конечно, было не до смеха. Потом все время прошло под страхом нападения белых лягушек. Я как-то лег в постель. Чувствую, что-то холодное коснулось тела. Пробкой выскакиваю и обнаруживаю на кровати… записную книжку. Это Марк Захаров забавлялся — точно рассчитал реакцию…»
Свободное копирование
