Но хватит о политике, лучше о вкусной и здоровой еде. В эти же дни появилось сообщение, что работники столичного хладокомбината № 8 начали выпускать новое мороженое — «Филевское». Новинка представляла из себя нечто доселе необычное: это был двухслойный пломбир с орехами и джемом (вместо последнего могло также использоваться варенье из клюквы или черной смородины). Кстати, к тому времени уже перестали выпускать некоторые сорта мороженого, имевшие устойчивый успех у покупателей: например, «Клюквенное» в стаканчике за 5 копеек, «Пломбир» на палочке за 11 копеек (в золотце).
В субботу, 29 апреля, православная Россия справляла Пасху. Всё было, как обычно: в домах красили яйца, ночью состоялся крестный ход. А власти сделали все от них зависящее, чтобы отвадить молодежь от участия в этих событиях: по ТВ до глубокой ночи крутили самую убойную развлекуху. В 19.55 началась премьера двухсерийной комедии Алексея Коренева «По семейным обстоятельствам», после которой (в 22.35) был показан «Бенефис Людмилы Гурченко». Едва он закончился, как в 23.50 начали крутить не менее рейтинговые «Мелодии и ритмы зарубежной эстрады». Причем в этот выпуск специально вставили номера с участием мегазвезд западной эстрады: шведского квартета «АББА» и английской рок-группы «Смоки».
Между тем Вениамин Смехов 29 апреля приехал во Львов, чтобы, облачившись в мушкетерскую форму, отсняться в очередных сценах фильма «Д’Артаньян и три мушкетера». Съемки идут в ускоренном темпе, поскольку заказчик в лице Гостелерадио требует закончить работу в кратчайшие сроки — по 22 съемочных дня должно уходить на каждую серию (а их намечается четыре). И в этом бешеном ритме съемок актеры еще находили время для пьянок и гулянок. Вот как об этом вспоминает режиссер Г. Юнгвальд-Хилькевич:
«Во Львове с утра они наряжались в свои мушкетерские доспехи и так жили весь день. Ходили в ресторан, в столовую, за пивом. Так и спали.
Приходят на площадку, от всех — амбре в сто лошадиных сил. Разозлился я и решил узнать, что у них такое происходит. Прихожу в «Ульяновскую» рано утром, стучу. Смотрю: все лежат кто в чем. Пьяные, грязь, бутылки. А Валя Смирнитский уже проснулся. Огромный такой стоит и маленькой тряпочкой трет стол. Сгребает окурки! Такой чистюля…
Внимание к «Трем мушкетерам» было колоссальное. Во Львове следом за нами во время съемок ездила «Волга». Я никак не мог понять: почему? Решил, что просто какая-нибудь поклонница преследует кого-то из актеров. Потому что, кроме «Волги», еще целый автобус с женщинами, влюбленными в мушкетеров, не отставал от съемочной группы ни на шаг. Там были и жены высокопоставленных работников. Красотки, длинноногие. Каждый день гонялись за нами в автобусе. Мы останавливаемся снимать, а они уже тут как тут. Где-то метрах в двадцати от замка, который мы снимали, раскидывалась скатерть, на ней выставлялись шикарные ужины, обеды, с выпивкой, конечно. Для нас это было настоящим мучением.
И что вы думаете? Оказывается, в той «Волге» была вмонтирована канистра размером с багажник, полная вина. С краником, к которому мои дорогие мушкетеры все время прикладывались…»
А вот как вспоминает о тех съемках актер Лев Дуров, который играет капитана королевских мушкетеров де Тревиля:
«Все говорят, что лошади дальтоники. Но я-то теперь знаю, что это неправда. Моя лошадь, к примеру, реагировала на голубой цвет. Почему-то ее раздражала эта ориентация. Как только видела голубые камзолы, начинала беситься, лезла на чугунную изгородь. Атак как я уже на ней начал сниматься, подменить лошадь было нельзя. И вот в одном эпизоде высыпали голубые камзолы, лошадь, как водится, взбесилась и понесла. Мы снимали в старинном замке, который в советские времена переделали под Дворец бракосочетаний. И вот лошадь меня вынесла через арку дворца на главную улицу Львова, прямо в автомобильный поток. Представляете себе квадратные глаза автомобилистов, прохожих? Я — среди машин, в шляпе с перьями, шпага на боку, кресты на спине и на груди. Скачу, делаю вид, что так каждый день на работу езжу. Когда я подумал, сколько же можно так скакать, впереди показался милиционер-регулировщик. Я выбросил руку налево, для поворота, он совершенно ошалевшими глазами посмотрел на меня, остановил движение, показал мне палочкой, и я свернул. Получилось, что я сделал круг и въехал обратно во двор этого Дворца бракосочетаний. А там уже царила паника: «Куда делся Дуров?». Пришлось сказать, что я таким образом и сам размялся, и лошадь разогрел. Честно говорить никому не стал, потому что тут же представил, сколько было бы хохота, они издевались бы надо мной до конца картины. Зато в самом городе после этого случая много разговоров было!..»
Свободное копирование
