9 февраля на свое очередное заседание собралось Политбюро ЦК КПСС. Среди вопросов, обсуждаемых в тот день, был и вопрос о генерале-правозащитнике Петре Григоренко. Как мы помним, еще в конце ноября прошлого года генерал выехал в США, чтобы встретиться там с сыном и подлечить свое пошатнувшееся здоровье (Григоренко шел 71-й год). Между тем КГБ дал «добро» на эту поездку не из альтруистских целей — в планы Лубянки возвращение генерала на родину не входило. Вот почему 4 февраля 1978 года Андропов направил в Политбюро записку, где сообщал о том, что Григоренко ведет себя за границей вызывающе (встречается с деятелями из антисоветских организаций) и заслуживает того, чтобы его лишили советского гражданства. Члены Политбюро эту просьбу шефа КГБ одобрили, после чего занялись более приятными делами. В частности, вручили одному из своих соратников — Федору Кулакову — орден Ленина и золотую медаль «Серп и Молот». В советских СМИ это награждение было освещено скупо, зато на Западе газеты были полны самыми разными комментариями. А все потому, что именно Кулакову зарубежные аналитики отводили роль возможного преемника Брежнева. И определенная доля правды в этих выводах была. Во-первых, Кулаков был одним из самых молодых членов Политбюро (он стал им в 53 года, в апреле 71-го), во-вторых — Брежнев относился к нему с явным уважением.
9 февраля в Институте имени Сербского решалась судьба серийного маньяка Анатолия Бирюкова, который в сентябре прошлого года держал в страхе всю Москву: он похищал из колясок грудных младенцев, насиловал их и убивал. Поймали его спустя месяц, когда он уже успел совершить два нападения (третье не удалось). Поскольку Бирюков прекрасно понимал, какое наказание ждет его, он предпочел косить под сумасшедшего. Но хитрость не удалась. Психиатры из Института Сербского нашли его абсолютно вменяемым, о чем и написали в своем заключении от 9 февраля. Впереди 38-летнего душегуба ждал суд и расстрел.
Свободное копирование
