В субботу, 28 января, во Дворце спорта в Лужниках состоялся очередной матч всесоюзного первенства по хоккею с шайбой: играли извечные соперники «Спартак» и ЦСКА. Дворец спорта был забит до отказа — пришло 12 тысяч зрителей. Интрига у матча была на редкость интересной. Уже к 10-й минуте игры счет был 4:1 в пользу армейцев. Когда на 11-й минуте Борис Александров увеличил разрыв до 5:1, практически ни у кого из зрителей, наблюдавших за игрой как во Дворце спорта, так и по телевизору, не осталось сомнений в том, что игра сделана. Как вдруг спартаковцы встрепенулись. В течение нескольких минут они забили подряд три шайбы, тем самым сократив разрыв до минимума. Казалось, что еще чуть-чуть, и им удастся и вовсе обыграть армейцев. Но этим надеждам не суждено было сбыться. На 40-й минуте Владимир Петров забил в ворота «Спартака» шестую шайбу, и игра завершилась победой ЦСКА 6:4. Кстати, для молодого форварда армейцев Бориса Александрова этот матч стал последним, когда он вышел на лед в форме ЦСКА. Мы помним, что у этого талантливого игрока давно появились проблемы: еще при прежнем тренере Константине Локтеве он частенько нарушал режим, позволял себе неэтичные поступки. Об этом даже писалось в центральной прессе. Но, учитывая талант Александрова, тренеры закрывали глаза на его многочисленные прегрешения. Так продолжалось до того дня, пока в ЦСКА не пришел новый тренер — Виктор Тихонов. При нем Александрову (да и другим нарушителям режима) стало жить куда менее вольготно. Сделав Александрову одно внушение, потом второе, Тихонов на третий раз решил попросту открепить его от команды, сослав в периферийную команду — СКА МВО, базирующуюся в Липецке. Оттуда Александров в ЦСКА уже не вернулся. Вспоминает В. Тихонов:
«Начав работать с командой, вплотную познакомившись с хоккеистами, я увидел, что Борис — парень, безусловно, одаренный, талантливый, но уж очень избалованный и не то что капризный, скорее, просто вздорный. Боюсь, что уже таким он попал в ЦСКА.
Я поразился, услышав, как плохо отзывались о нем хоккеисты. Иногда ложно понимаемое товарищество побуждает спортсменов защищать своего провинившегося партнера, но здесь все, к сожалению, было проще: команда не пожалела Бориса и рассталась с ним без особых, прямо скажем, огорчений. Знаю, что хоккеисты без подсказок тренеров пытались что-то объяснить Александрову, спорили, ругались с ним, причем воевали с ним игроки с разными взглядами и темпераментами, разного возраста. Предлагали отчислить Бориса из команды и Анатолий Фирсов, и Геннадий Цыганков…
В лучшие годы Александрову были свойственны необычная обводка, смелость, игровая сметка. Его напористость и удачливость бросались в глаза. Впрочем, в глаза бросались и его грубость, хамство, откровенная неприязнь к соперникам… Дисциплины для Бориса не существовало. Я наказывал его уже не раз и по-разному: снимал с игры, выводил из состава команды до конца сезона. Он каялся, просил простить его в последний раз. Прощали, но все опять начиналось сначала…»
Свободное копирование
