В субботу, 17 сентября, Владимир Высоцкий сел в свой «Мерседес» и отправился в Тулу, чтобы навестить в местной больнице своего близкого друга Всеволода Абдулова. Как мы помним, последний в конце августа угодил в страшную автомобильную аварию и буквально чудом остался жив. Высоцкий в те дни находился далеко от родины — в Канаде, потом во Франции, поэтому не мог навестить друга в больнице. Но он чуть ли не каждый день звонил туда по телефону.
Вспоминает врач В. Дробышев:
«Высоцкий несколько раз звонил. Когда я был дежурным врачом, он попадал на меня, и я разговаривал с ним. Высоцкий звонил из Парижа. Я это знал потому, что в телефонной трубке было хорошо слышно, как телефонистки кричали: «Мадмуазель, мадмуазель…» В основном весь разговор касался здоровья Абдулова.
Когда Высоцкий в первый раз позвонил, это было несколько неожиданно. Мы уже привыкли к тому, что здоровьем Абдулова интересовались многие люди, но чтобы Высоцкий! Да еще из далекой страны… Когда Абдулову передавали, что звонил Высоцкий, он очень живо на это реагировал. У него была эйфория после травмы, он очень долгое время не совсем четко ориентировался, где находится. После сообщения о звонке Высоцкого он всегда рассказывал по этому поводу какой-нибудь анекдот.
Часто Абдулов проговаривал текст ролей из различных спектаклей, а потом только вспоминал, что речь идёт о чем-нибудь другом. А вот звонки Высоцкого придавали ему больше оптимизма. И в первое время он всегда спрашивал: «А Володя не здесь?» Судя по всему, они были большими друзьями, людьми очень близкими…»
Едва вернувшись из Франции (11 сентября Высоцкий выступал на празднике газеты «Юманите»), актер тут же отправился навестить своего друга. Причем шансов на то, что его пропустят к больному, было мало: накануне ему позвонила мать Абдулова и предупредила об этом. Но она же посоветовала ему средство, которое могло помочь: надо было обратиться к фельдшеру больницы Владимиру Мартынову. Высоцкий так и сделал. Фельдшер действительно помог: позвонил в приемное отделение и попросил дежурную сестру пропустить к Абдулову Высоцкого. Дежурная засмеялась: «Хватит шутить, Володя! Какой еще Высоцкий? Он, наверное, сейчас во Франции». На что Мартынов ответил: «Это правда, он сейчас у меня, и я его направляю к вам».
Вспоминает фельдшер:
«Во время этого разговора Высоцкий, помню, все возмущался нашим больничным режимом, внутренним «драконовским» (это его слово мне хорошо запомнилось) законом. Его, как и везде в нашей стране, и тут не пускали.
Мы вышли с Высоцким в коридор. Из большого окна я показал ему дверь для посетителей, куда ему следовало идти. Одновременно я увидел «Мерседес» — автомобиль, редкий в то время даже для Москвы, не говоря уже о Туле, который стоял в самом центре площади перед главным входом больницы, прямо под знаком «Стоянка запрещена». Бесспорно, это была машина Высоцкого. Владимир Семенович, глядя в окно, внимательно выслушал меня, затем сказал: «Спасибо, до свидания», повернулся и направился к выходу из нашего корпуса.
На улице его уже ждали. Весть о приезде Высоцкого мгновенно разнеслась по больнице, и те врачи и медсестры, кто не был загружен работой, вышли посмотреть на певца и артиста. Конечно, их было не очень много, но не стоит забывать, что был выходной день и многие отдыхали дома. Зато много было тех, кто находился на излечении и кто, нарушив режим (а было время тихого часа), также вышли на улицу…»
Свободное копирование
