7 марта, за четыре тура до завершения XXXI чемпионата СССР по хоккею с шайбой определился его победитель — ЦСКА. Армейцы набрали 55 очков и стали недосягаемы для своих ближайших преследователей — столичных динамовцев. Золотой состав ЦСКА выглядел следующим образом: вратарь — Владислав Третьяк; защитники — Алексей Волченков, Сергей Гимаев, Александр Гусев, Виктор Кузнецов, Владимир Лутченко, Владимир Палилов, Вячеслав Фетисов, Геннадий Цыганков; нападающие — Борис Александров, Вячеслав Анисин, Владимир Викулов, Александр Волчков, Виктор Жлуктов, Александр Лобанов, Борис Михайлов, Владимир Петров, Владимир Попов, Валерий Харламов; тренер — Константин Локтев. Кстати, для последнего это был последний успех в ЦСКА: на тот момент высшее спортивное руководство уже приняло решение назначить главным тренером ЦСКА Виктора Тихонова, который до этого руководил рижским «Динамо», а год назад стоял у руля национальной сборной на Кубке Канады. Большинству специалистов назначение Тихонова на должность тренера в сильнейший клуб страны казалось странным: дескать, неужели у нас в столице перевелись тренеры, если потребовалось вызывать такового из Риги? Но объяснение этому факту лежало, в общем-то, на поверхности: Тихонова сначала назначили главным тренером сборной страны, а это автоматически повлекло и назначение его тренером сильнейшего клуба. Хотя сам Тихонов какое-то время упорно отказывался взваливать себе на плечи два тяжелых «мешка» одновременно и возглавлять ЦСКА не хотел. Но раз партия приказала…
Прошлогодний чемпион страны столичный «Спартак» на этот раз довольствовался 6-м местом, что явилось провалом. Помню, в нашем классе мне сочувствовали все, особенно девчонки. Дело в том, что я тогда здорово фанател и был на всю школу чуть ли не единственным фанатом «Спартака» (тогда это движение только зарождалось). Даже в школу я ходил со спартаковским значком и периодически сотрясал коридоры учебного заведения фанатскими кричалками. Именно поэтому я и был выбран своими товарищами по классу политинформатором: отвечал за блок спортивных событий. Когда ЦСКА стал чемпионом и мне пришлось сообщать об этом одноклассникам, я являл собой грустное зрелище.
Тем временем Адольф Толкачев продолжает искать контакта с ЦРУ. Как мы помним, впервые он отважился на этот шаг в прошлом месяце, но тогда две его попытки завершились провалом. И вот — новая. На этот раз он не стал оставлять записку под стеклоочистителем посольского автомобиля, а пошел в открытую: когда американец остановил машину у светофора, Толкачев подбежал к нему и попытался передать записку непосредственно в руки. Но американец, посчитав это провокацией КГБ, ударил по газам. Толкачев снова остался ни с чем.
В тот же день американец (а был он цэрэушником) доложил об этом инциденте своему непосредственному начальнику — московскому резиденту Гарднеру Гасу Хэтэуэйю, а тот уже отправил шифровку в Лэнгли. Ответ пришел непосредственно от шефа ЦРУ Тернера: тот был убежден, что налицо грубая провокация Лубянки. Однако Хэтэуэй был иного мнения: сопоставив предыдущие случаи, он вдруг предположил, что человек, так настойчиво стремившийся выйти на контакт с ними, на самом деле делает это искренне. «Если бы это была провокация КГБ, то они бы избрали более изощренный способ», — рассуждал Хэтэуэй. Поэтому в новой телеграмме Тернеру резидент попросил разрешения связаться с искателем контакта по домашнему телефону, благо он был указан в одной из его записок. Как ни странно, но вскоре из Лэнгли пришел ответ: «Контакт разрешаем».
Свободное копирование
