Продолжается роман между Львом Лещенко и Ириной Багудиной. Как мы помним, влюбленные славно провели отпуск в Сочи, затем встречались в Москве, после чего вынуждены были на время расстаться — Ирина уехала в Будапешт, где училась в тамошнем университете. Но связь между ними не прерывалась — они общались по телефону. Причем так интенсивно, что только в ноябре Лещенко заплатил за международные переговоры аж 13 тысяч (!) рублей. По его же словам: «Родные, хотя и столбенели каждый раз от вида моих телефонных счетов, никогда мне никаких комментариев по этому поводу не делали. Во-первых, они люди воспитанные, во-вторых, понятно, что мой личный вклад в материальное благосостояние всей нашей семьи был более чем весомым».
Тем временем Ирина, сдав осеннюю сессию, приехала на несколько дней в Москву. И надо же так случиться, что она прилетела в девять часов вечера, а у Лещенко в час ночи — вылет на гастроли в Новосибирск! Что делать? Выход был найден певцом молниеносно: он примчался на улицу 26-ти Бакинских Комиссаров, где Ирина жила с родителями, и предложил ей лететь с ним. «Да ты что? — изумилась девушка. — Я только что из Будапешта прилетела». Но певец так напорист и настойчив, что уже спустя несколько минут Ирина меняет решение на диаметрально противоположное. И вот она уже летит в квартиру, хватает свои нехитрые пожитки, на ходу объясняет родителям причину своего отъезда и упархивает с любимым на гастроли. Как вспоминает Л. Лещенко:
«В аэропорт приезжаем с опозданием. Я лечу в кассу, беру ей билет, и вот через три часа сорок минут мы уже в Новосибирске… У меня там шесть сольных концертов в местном Дворце спорта на пять тысяч мест, битком забитом публикой. Я выступаю, как никогда, ощущая какой-то необыкновенный душевный подъем. А вечером в честь Ирины устраиваю шикарный банкет… После чего мы проводим с ней в Новосибирске целых три «медовых» дня. Затем Ирина возвращается в Москву, какое-то время живет у родителей и снова улетает в Будапешт. И вновь начинается наш «телефонный роман»…
Вовсю «романят» и Пугачева со Стефановичем. Как мы помним, пару недель назад режиссер посоветовал своей возлюбленной играть свои песни как мини-спектакли. Той это предложение понравилось, но осуществить его она была пока не в силах, поскольку, выступая в оркестре Константина Орбеляна, имела весьма хилый репертуар. Стефанович сам в этом убедился, посетив один из ее концертов в ГЦКЗ «Россия» (концерты проходили 3–9, 11–12 декабря). На нем Пугачева спела две серенькие песни, да еще была весьма неважнецки одета — на ней было парчовое платье, а на колене прикреплена большая искусственная бумажная роза. Когда после концерта Стефанович высказал ей свое «фи», Пугачева с этим полностью согласилась. А потом попыталась объяснить ему ситуацию: мол, своего коллектива у меня нет, вот и выступаю с этим оркестром (вторым солистом был Ара Бабаджанян). Более того, его руководитель — мой жених. «То есть я от него завишу, пою его песни и одеваюсь, как армянская девушка».
Между тем Орбелян вскоре узнал, что его возлюбленная у него за спиной крутит шашни с режиссером. А мужчина он был горячий — как-никак кавказец. И в один из дней так поговорил с Пугачевой, что та прибежала к Стефановичу жаловаться. Мол, помоги жениха образумить. И режиссер нашел выход: разыграл целый спектакль с привлечением своей собственной невесты Маши. Спектакль состоялся на нейтральной территории — на квартире Леонида Дербенева, куда был приглашен Орбелян. Увидев, что режиссер явился туда со своей невестой, тот поверил, что между его девушкой и Стефановичем нет ничего амурного. Говорят, глядя на это, Дербенев и его супруга буквально умирали со смеху.
Свободное копирование
